Мечта о сверхсиле. Часть 1. Мистический этюд украинской реальности

В тот момент в Больших храпках из трех забегаловок по разным причинам была открыта только одна под названием «Таити». Заправляла этим, так сказать, средней руки кабаком тумбообразная цыганка, настоящая чавела Маргарита Мироновна, или просто Мироновна.

Само заведение представляло собой большой тент над открытой площадкой с пластиковыми столами со стульями и каменной пристройкой, в которой находился бар. Когда наша троица вошла вовнутрь, то увидела среди немногочисленных посетителей примечательную парочку – местную шалаву лет двадцати пяти Анжелу, приехавшую на неделю к родителям, и Женю Кирсанова, невысокого и коренастого мужичка лет пятидесяти.

Евгений был строитель от бога, золотые руки, но страдал зимними запоями, а затем весной и летом отрабатывал на стройках свои январские долги. Сегодня же он изо всех сил изощрялся, желая снять Анжелу. За его потугами с интересом наблюдали вместе с хозяйкой бара ещё двое присутствующих.

– Анжела, ты такая классная, что тебе ничего не жалко! – говорил куцый ростом, едва достигающий ей до подбородка поддатый Женя.

– Не надо, я пока за себя могу заплатить, – гордо ответила та, находясь в уже аналогично расслабленном состоянии.

– Да я без всякого! – с деланной обидой ответил Кирсанов. – А что вообще хочешь? Я на все руки мастер, – многозначительно потер он ладони.

– Представь, мне чинить ничего не надо. Хотя… ну не знаю, хочу такого… – тут она покрутила в воздухе ручкой, – такое, чтобы зацепило!

– Да я могу хоть петухом спеть на стуле, хочешь? – по пьяной храбрости заявил Кирсанов.

– А ты умеешь? – спросила Анжела.

– А ну, давай, Женя, покажи, какой ты орёл! – подбодрила его Мироновна.

– Да смотри, легко! – ответил Женя, взяв быстро стул, и под общее шумное одобрение взлетел на него, издавая натуральный петушиный утренний крик.

– Класс! – хлопая в ладоши, громко сказала Анжела. – Ещё раз для меня!

– Ку-ка-ре-ку! – издал Кирсанов.

– Ещё раз так же, и я твоя! – заявила шалашовка, но тут же лукаво обрубила: – Нет, ты поёшь как евнух, я тебя не люблю!

– Кукаре-сука!.

. – подавился петушиным криком Евгений, и, подскочив к ней, сказал: – Что ты, коза, сказала? Сейчас по репе получишь!

Тут Вадим решил перехватить инициативу и, подойдя к Кирсанову, отпихнул того к выходу:

– Эй, ты чё сам ей грубишь?

– А она чего мелет, ты слышал? – ответил Женя.

– Иди очухайся, не мешай людям отдыхать, – выпихнул окончательно его на улицу Вадим.