Космотрасса до Марса

Галанов чем-то ему был симпатичен, но его образ должен работать в правильном направлении. Как всё совместить и верно смотивировать Виталия Андреевича? Тот ещё вопрос. Итак пришлось слегка нажать на него в прошлую встречу.

Волошин расстался в меру говорливым и партийно-опытным, еще с времён СССР, исполнителем. Готовым колебаться вместе с генеральной линией власти. И произносить слова о верности курсу Коммунистической партии Советского Союза, смело поддерживать политику Перестройки, вставать в ряды требующих демократических перемен, всецело ратовать за развитие новых экономических отношений, строить новую, открытую миру Россию.

Всё приходится делать самому. Кто мешал этому.. посетителю не ставить вопрос перед Галановым в лоб? Второй заход так сразу не сделаешь. Виталий Андреевич сложит два плюс два. Негативного впечатления добавим. От своего уже лица. Что не есть хорошо. Да и ощущение давления ему не стоит испытывать.

Такая беда, да, с этими людьми. Одни чрезмерно исполнительные.

Пословица про них хорошая есть. У других.. взгляды на жизнь.. особенные, да. Но использовать можно и нужно всё. Осталось придумать, как найти иной подход. Да, «паровоз» чем не идея? Чуть погодя он вернётся к ней.

Глава 6 – Космос для блондинки

Вечер 19 января 2002. «Ижевские тьмутаракани». Виталий Галанов, Елена Мелехова (Смышляева).

Встреча одноклассников, если отодвинуть в сторону поставленную (и ставшую такой близкой к выполнению) сугубо ностальгическую и эгоистическую цель, о которой позже, оставила у Виталия тягостное впечатление.

Галанов времён «годов чудесных», за исключением некоего обусловленного взрослением общения со Смышляевой и дружбы с (теми самыми, отзвонившимися недавно) приятелями, выросшей из детсадовских времён, в школе держался особняком, достаточно отдаленно от основной массы одноклассников и одноклассниц. За что и почитался многими за сноба, говоря взрослым языком. Как водится, огрёб свою долю фингалов и неприязненных слов.

Ну и сам развесил фонарей в процессе общения со сверстниками и покидался энным количеством ушивтрубкусворачивающего "добра".

Все выросли, стая распалась, у каждого плута и плутихи ближе стала своя одежда. Желание хвастаться и бахвалиться на нечастых встречах сохранилось без изменений. Рассуждения – у кого сколько квартир, какая машина, как высоко взобрался по служебной лестнице и достиг успеха в бизнесе. Светлая часть хвастовства касалась только детей.