Восставшая из гроба. Часть 2

А тут он, такой беззащитный.. Сам напросился.

– М-м-да.. И нет никаких секретов, всего лишь необходимость.. – буркнул Шестаков и сделал музыку громче, додумывая про себя, – Её бы возможности, да в нужное русло.. Чтоб не просто так кулаками махала.. А то, как в поговорке – «сила есть, ума не надо». Ладно, домой приедем, подумаем.. – он отложил тему на потом. – Лишними точно её умения и способности не будут, главное – чтобы свои инстинкты контролировала. А то вляпается так, что не разгребём..

***

1700 год, лето.

Более века прошло с тех пор, как вампирская семья – представители благородных родов «высших» – «Тин» и «Тван» залегла в спячку. За это время многое изменилось, но изворотливость, враждебность и корыстолюбие человеческой натуры отличались своим незыблемым постоянством, гордо шествуя через десятилетия.. Каждый смертный, независимо от своего сословия спешил урвать лакомый кусок от жизни в этом мире.

Реформы патриарха Никона, словно цунами накрыли поклоняющихся богу своими нововведениями и вызвали негодование среди всех сословий рьяно верующего населения государства русского.

Как же столкнувшиеся лбами «за» и «против» противостояли друг другу! Старообрядцы занимались самосожжением. Бунтари, подначивая толпу, умело использовали свои лидерские способности. Обман и шантаж спускался с высших сословий до самых низов и в мутной воде нововведений многие сводили счёты. Значительное число купцов и дворян, отвергших новые церковные порядки, лишилось привычных им льгот и возможностей, что вызвало уже не глухой ропот, а самое настоящее сопротивление.

Пётр1, внёс свою лепту в развитие России, что, наряду с положительными последствиями, также вызвало и массу недовольства среди тех, кто не готов был принимать изменения и нововведения, принесённые им из Европы, и следовать избранному государем пути.

Охота на упырей, колдунов и просто бесноватых не то, чтобы канула в лету, но несколько снизилась в масштабах.. Святош и черни, готовой прилюдно сжечь очередную, не весть в чём провинившуюся знахарку на деревне, ещё хватало, но это носило не такой массовый характер, как при Иоанне Четвёртом «Грозном».

Преследование настоящих, а не мнимых кровопийц окончательно перешло в руки тайного общества, в структуре русской православной церкви, которое уже не устраивало публичных казней, освобождая мир от нечисти, а действовало скрытно, но как они сами считали – довольно-таки эффективно.