Формула алхимика

Был задержан городовым Пампушко за беспокойное обращение к высокопоставленным особам Государственного Совета, которых пытался заинтересовать своим мастерством у ступеней Мариинского дворца.

За соседним столом околоточный надзиратель Свинцов и чиновник Африканов возились с новорожденным младенцем, доставленным в участок дворником Анциферовым. Ребенок был обнаружен на пороге квартиры канцелярского служителя Алябьева с приложенной запиской «Рожденъ 20-го сего апр?ля, крещенъ, имя Георгiй». Очевидно, расчет несчастной матери, вынужденной обстоятельствами отказаться от собственного дитяти, был на бездетность супругов Алябьевых, но, как видно, оказался несостоятельным.

– И так кормилиц не хватает, – стойко отбивалась она от нежелательного пополнения.

– Ничего, – стоял на своем Свинцов. – Отдадите в деревню, у вас на то и ассигнования имеются.

Действительно, администрация сиротского дома имела право отдавать младенцев на попечение в крестьянские семьи за плату 3 рубля в месяц.

– За что ж такое наказание бедненькому, – изобразила сострадание Горбатова, – известно же, как им там несладко живется.

– Авось не хуже, чем у жулья, – урезонил управительницу Свинцов, очевидно намекая, что имеются слухи, будто бы младенцы из ее сиротского дома нередко оказываются в руках уличных попрошаек, которым служат подспорьем для выманивания денег у сердобольных граждан.

– Совсем забыла, – изобразила озарение Горбатова. – У меня же аккурат вчера помер один! Как раз освободилось местечко.

– Так-то лучше, – резюмировал околоточный.

В общей зале у себя за столом старший помощник пристава фон Штайндлер выслушивал баронессу фон Крюденваль. Она на днях хотела сделать взнос в сберкассу в размере 100 рублей под 4 % годовых, но там объявили все четыре 25-рублевки фальшивыми и принять отказались. Баронесса выложила на стол перед штабс-капитаном злополучные купюры.

– Вот как? – оживился фон Штайндлер, еще не понимая, куда вывернет это дело. – Откуда же у вас эти билеты?

Испытывая некоторую неловкость, дама призналась, что билеты были оставлены ей покойным супругом, о чем она узнала при весьма загадочных обстоятельствах – усопший сам указал ей местонахождение ассигнаций через французскую прорицательницу, способную вступать в собеседование с душами мертвых.

Ардов почувствовал на языке вкус тамаринда.