Формула алхимика

Илья Алексеевич поднял с земли студенческую фуражку, повертел. Эмблемы не было.

Ближе к выходу во двор навзничь лежал труп молодого человека в старом офицерском кителе без погон, гимназических брюках и сандалиях. Голова была неестественно откинута в сторону, руки сжимали горло, рассеченное одним порезом от уха до уха. Гимнастерка на груди вся пропиталась кровью. У изголовья молча стоял городовой и смотрел в сторону.

Криминалист Жарков поднялся от трупа и подошел к Ардову, указав на стену в том месте, где начинались кровавые потеки.

– Полоснули здесь, – начал он реконструкцию происшествия. – Убийца того же роста, что и жертва, – не ниже пяти футов четырех дюймов. Вероятно, поджидал на этом месте. Дождался, пока пройдет мимо, подскочил сзади и махнул.

Жарков показал, каким движением преступник нанес смертельную рану.

– Сопротивления не было. Убийца перерезал яремную вену, так что парень истек кровью буквально за мгновенья. Сделал пару шагов и… – Петр Павлович кивнул в сторону тела.

– Почему вы думаете, что ждал? – возразил Илья Алексеевич. – Преступник мог двигаться следом, а здесь нагнал.

– Если бы нагонял, жертва наверняка обернулась бы на шум. Такой чистой линии не получилось бы.

Криминалист провел ногтем большого пальца по своей шее, показывая, какой разрез был сделан на шее молодого человека.

– Ну, или были знакомы и шли вместе, – продолжил размышления Илья Алексеевич и наклонился, приметив что-то любопытное у себя под ногами.

– Пожалуй, возможно и такое, – согласился Петр Павлович. – Если полностью доверял спутнику, то мог и не придать значения маневру. Шли, беседовали…

Ардов поднял с земли и протянул коллеге дамскую шпильку с миниатюрным перламутровым цветком. Тот повертел ее в руках.

– Хм… Бог знает, сколько она здесь пролежала, Илья Алексеевич, – усомнился он, но все же извлек из кармана бумажный конверт и опустил в него улику.

Ардов подошел к бездыханному телу.

– Края пореза удивительно ровные, – отметил Петр Павлович, подойдя следом.

– Очень острый нож?

Криминалист пожал плечами:

– Не исключал бы и бритву. Трахея рассечена на редкость чисто.

– Выходит, убийца готовился заранее.

– Да уж, аффект не просматривается.

Сыщик обернулся к старшему дворнику и кивнул на труп:

– Вы его знаете?

– Никак нет! – с готовностью откликнулся бородач. – Не наш жилец.

– И не встречали?

– Не припомню, ваше благородие.