Противостояние. Эпизод 2

Лестер, оставшийся на хозяйстве, особо не напрягался. Все шло своим чередом. Токсы продолжали изучать планету. С рассветом они уходили в джунгли, разбившись на несколько групп, и возвращались лишь, когда стемнеет. Женщины оставались в пещере, продолжая готовить еду и присматривать маленькими детьми. Подростки уходили с мужчинами и познавали все тонкости охоты. Часть пещеры, где располагались жители Здоры, стала превращаться в место, куда складировалось все, что приносилось из леса. Они тащили все диковинное, что им попадалось на Сатэре.

Вскоре появились плетеные клетки, в которых они держали пойманных птиц. С появлением пернатых пришлось внести коррективы в жизнь обитателей пещеры. Пение и крики птиц возвещали о начале дня, да и весь день их голоса не умолкали. Токсам этот галдеж совершенно не мешал, а все остальные не восторгались столь шумным соседством, поскольку ни днем, ни ночью невозможно стало отдохнуть.

Каждое утро несколько женщин приходили в лабораторию, где жила Кассия. Она покинула корабль, чтобы быть ближе к токсам.

Узнав о ее беременности, они старались постоянно находиться возле нее, ничего не давая ей делать самостоятельно. Она скучала по мне и старалась не покидать пещеру, хотя Лестер настаивал, чтобы она, хоть не надолго, покидала замкнутое пространство. Ей просто необходим был свежий воздух и солнечные ванны.

Ким, в наше отсутствие, подружился с Бенджой и большую часть времени проводил с ним. Плодотворного общения не получалось, так как его собеседник все время был занят своим компьютером, но все же это была хоть какая-то но компания.

Бубнов, чтобы скоротать время, напросился в одну из групп токсов и отправился с ними в лес. Проведя в их обществе всего день, он проклял все на свете и зарекся больше куда-либо ходить. Как он рассказал позже, его спутники за целый день ни разу не остановились и делали все на ходу, останавливаясь лишь для того, чтобы опорожниться. Они пробовали все подряд и давали ему. Прогулка не прошла даром и Буба, подхватив какую-то инфекцию, провалялся с высокой температурой следующие три дня на кровати, под капельницей, которую ему заботливо ставил Лестер.

Предчувствуя наше возвращение, Кассия с самого утра была не своя. По всем ее подсчетам мы должны были прибыть сегодня к вечеру. Волнение, охватившее ее, передалось токсам. Лестер несколько раз пытался успокоить ее, но все его попытки оказались бессмысленными, она продолжала ходить вдоль посадочной площадки, не обращая на него никакого внимания.