Хазарский оборотень. Роман

Слегка насытившись, Дробн сказал самому себе:

– Подпалил немного Ждан медвежатинку. На стол боярский такое мясо не подал бы. Ты медведя живого в лесу видел, а, Ставр?

– Доводилось, и не раз. Я ж там вырос.

– Страшен?

– Медведь – хозяин леса, чаща – его вотчина. Одним ударом перебьет хребет туру, вырвет рёбра или снесет голову. Человеку с ним сладить тяжко, но можно. Отец мой – Боян-бортник, даже договариваться с ними умел. Только, знаешь, в лесу живут исчадия и пострашнее медведя.

– Мне в лесу боязно, – тихо сказал Дробн.

– Правда. Лес там чудной…

– Тебе откуда знать?

– От отца. Он говорил, что создал Воловье озеро бог леса Святобор. Лес там растёт до самого неба. Однажды батюшка мой шёл мимо озера через чащу. Поднялся по тропе на поляну и видит: деревья вековые повалены, будто кто палицей снёс. Не человек.

– Так это Стрибог прогневался, да и переломал лес, слыхал я про такое.

– Идет дальше, видит на холме, среди сваленных сосен, большой белый камень, а в нём чаша выдолблена. Ощупал батюшка его, глядь, на одной стороне вроде как лицо человека вырезано. Стал отец из чаши сор выметать, а тут из лесу не то звериный вой, не то человеческий вопль, не то дикий, страшный смех.

– Так он в тот лес с голыми руками пошёл? – удивился Дробн.

– Нож у него был. Да только руки онемели от того вопля. Потом в лесу всё снова стихло.

– Что? Не томи!

– … не нашёл среди бурелома голень человечью. Испугался, огляделся, чует отец: глядит на него кто-то. Ноги сами понесли его прочь. Говорил, мол, бегу и слышу, что кто-то гонится. Оборачивался отец много раз – никого.

– Да кто ж то был, Ставрушка? Так и не узнал отец твой?

– Не узнал. Да вестимо – кто. Оборотень.

Дробн замахал в страхе руками.

– Чур, чур меня. Напугал, окаянный. На ночь глядя.

– Эй, пошевеливайтесь, ворота заприте, глядите мне! – раздался у поварни голос боярского эконома. Дробн подхватил корзинку и поспешно убежал.

Ставр забился в заросли бурьяна, придвинулся к стене бани, прикорнул. На сытое брюхо дрема не заставила себя ждать.

После третьих петухов на подворье Радомера все спали. Викинги – в большом зале, сторожа у ворот, дворовые люди у амбаров и клетей. Ставр спал под стеной боярской бани.