12 обновлений

– Ого! Какая большая станция! А что находится на четырнадцатом уровне? Тот самый техотсек? – полюбопытствовал я.

– Да, если точнее – технологический и медицинский отсек, капитан.

Лифт остановился, дверь открылась, и мы с Боном вышли в очередной коридор. Пол здесь был не белый, как на первом уровне, а светло-серый. Вдруг прямо у меня под ногами загорелась ярко-зеленая полоска со стрелкой на конце и двинулась вперед. Я даже вздрогнул от неожиданности.

– Капитан, видите указатель? Идите по этой стрелке, она покажет вам нужный отсек – распорядился Тар-5.

– Смотри-ка, прямо путеводная «нить Ариадны», – усмехнулся я. – У вас тут на каждом шагу сказка становится былью!

– На самом деле, капитан, все так называемые чудеса имеют строго научное объяснение. Просто людям Земли пока не хватает багажа знаний, поэтому и происходит мифологизация некоторых явлений.

– Ну да, конечно, мифологизация… – машинально повторил я, наблюдая за зеленой стрелкой. Она бодро и уверенно вела нас с Боном по бесконечным коридорам Станции.

Я шел, с любопытством озираясь по сторонам. Окон здесь не было, светильников тоже, однако откуда-то струился ровный белый свет. По обеим сторонам коридора время от времени попадались двери, все они были закрыты.

Возле одной из них зеленая стрелка, наконец, замерла.

– Тар-5, мы пришли, да? Нам нужно в эту дверь? – уточнил я на всякий случай.

– Да, капитан, вам сюда.

– А как открыть дверь?

Я поискал глазами ручку или хотя бы кнопку вроде той, что была у лифта.

Ничего похожего не просматривалось. Совершенно гладкая дверь со скругленными углами, почти сливающаяся со стеной.

– Просто подойдите поближе, капитан.

Я приблизился к двери, и на ней загорелась зеленая полоска. Через секунду створка с легким шуршанием отодвинулась в сторону, пропуская нас в отсек.

Это была просторная комната, заставленная всевозможными приборами и аппаратами. Со всех сторон на нас с Боном смотрели большие и маленькие экраны, мониторы и дисплеи.

На них то и дело вспыхивали и гасли россыпи разноцветных огоньков, змеились и переплетались тонкие светящиеся линии, высвечивались какие-то замысловатые узоры – не то схемы, не то диаграммы… Посередине всей этой цветомузыки красовался большой белый лабораторный стол, его поверхность матово отсвечивала в направленных лучах нескольких шарообразных светильников, свободно парящих под потолком. На чем они держались, я так и не понял.