Симфония убийства

Когда он договорил, все поняли, что лучше закончить разговор. Первым встал Борис. Николай нагнулся к Виктору:

– Там и мои деньги лежат. И аванс ваш, и вторая половина. Я честный человек, обманывать не буду. Они в конверте, отдельно. Еще раз спасибо, Виктор Силов, огромное спасибо. Мы с женой в отпуск сейчас собираемся…

Длинный теребил Николая за пиджак, все трое удалялись, Борис сбегал в сторону кухни – через минуту он вернулся и, проходя мимо Силова, сложил пальцы обеих ладоней в о’кей – мол, за все заплачено, ешьте, Виктор Викторович…

– Подождите, – Силов сказал так, что все трое вынуждены были обернуться и остановиться.

Длинный рыжий остановился ближе всех и ждал, что скажет Виктор. Нервничал он, кажется, больше остальных, это Силов заметил. Заметил он и то, как пальцы левой руки рыжего дергались почти у самых колен. Чаще всех дергался безымянный, да так, что сам долговязый не выдержал и спрятал руку в карман пиджака. От этого он стал еще нелепее – борт синего пиджака оттопырился, обнажив клетчатую рубашку, заправленную в брюки под ремень. Рыжему было непросто. Совсем не так, как Борису – тот стоял спокойно и даже улыбался. Обычный пузатый тяжеловес, разве что щеки, как брыли у немецкого боксера, свисали ниже подбородка. Глазки маленькие, но смотрели точно и уверенно. С этим взглядом и встретился Силов…

– Хорошо, – Виктор произнес свое «хорошо» точно в той же интонации, что и «подождите»… Трое, не говоря ни слова, скрылись в жаре июльского бизнес-ланча.

Официантка уже расставляла люля и салаты на столике:

– Все съешь, Витя Витевич?

– Съем…

До спектакля было еще часа три, и что делать Силову с мясом, салатами и борсеткой, он не знал.

– Заверни-ка это все мне с собой, – совершенно неожиданно решил Виктор. – Пиво оставь себе, а водку поменяй на коньяк. Тебе нормально заплатили? Если что – я добавлю.

– Нормально…

Официантка складывала в пакет еду, Силов ждал. Зачем ему этот пакет, да еще с мясом?

– Идиот! – Виктор выдохнул и поднялся с места.

У знакомой урны он постоял немного – вероятно, хотел выбросить еду, коньяк или даже борсетку, но не выбросил ничего, а пошел дальше, к театру. В гримерке Силов открыл пакет, достал салаты и стал есть. Голод и нервы взяли свое – чтобы не заснуть от напряжения, Виктор усиленно ел, время от времени поглядывая на коньяк. В конце концов он не выдержал и глотнул из бутылки.