Провал

– Их Мишка с щенячьего возраста приучил не заниматься пустобрехством, это три брата из одного помета, он же сафари столичным гостям устраивает, на лося, кабана, да и на облавы на волков выезжает, когда охотхозяйство клич дает. Хотя, как он их приучил молчать, ума не приложу. Вон тот что с черной спиной Бакс, я его раза три брал на енота, лучше собаки не встречал. Сам хотел собаку завести, но с моими командировками, это почти не реально. Так что иногда обращаюсь к Мишке, он с меня за собак денег не берет, у нас бартер.

Я ему дичи привожу или рыбки, а он сам редко теперь на охоту выезжает.

– Понятно, так, а баранов он где держит? – я оглянулся, заглянул за дом, но там кроме вспаханного огорода и баньки расположенной на берегу парящего озера ничего не увидел.

– Так вот и поедем, за барашком. – В это время дверь в дом распахнулась и из дома вышел Михаил, в светлой выцветшей штормовке, махнул нам рукой и направился в калитку.

Мы с Юрой сели в Хонду, а Михаил и Лёха в буханку и лихо развернувшись на дороге поехали на выезд из деревни, через метров триста, подъехали к ферме, это что-то из колхозных восьмидесятых, строение состояло из ряда кирпичных столбов, между которыми стояли стены из дерева, а сами столбы служили несущей конструкцией и опорой для кровли.

Крыша была покрыта шифером, на вид лет пять – шесть назад, да и стены из оструганных бревен были не старыми, сразу видно, что заброшенную ферму недавно капиталили. К входу вела дорога из щебня. Не было обычной грязи как в бывших колхозах, рядом стояли две тракторные телеги, в одной из которых под брезентовым тентом виднелись кипы клевера.

– Ну вот и приехали, у меня здесь свиньи, половину занимают, а вторую половину бычки, на мясо ращу. Потому и с охотой стало некогда, работы хватает в любой сезон, а помощников почти нет. – он вздохнул, отчаянно махнул рукой, – Недавно на тракторе редуктор полетел, хорошо, что корма завез, а то пришлось бы нанимать кого-нибудь. Есть тут один пьянчужка местный деревенский, так он хоть уборкой в коровнике и свинарнике помогает, плачу ему не обижаю, а он как деньги получает так в запой, может неделю кирогазить.

Приходится ехать к нему домой и за шкирку сюда, пару раз головой в бочку макнешь, вроде очухается и тут же спасибо говорит. Мол здоровье уже не то старый стал, подолгу пить нельзя, а сам остановиться не может. Хотя лет ему на самом деле не больше сорока, а выглядит на все шестьдесят.