Проклятие иеремитов

Один из преследователей непозволительно далеко ушёл в сторону от подельников. Самоуверенный и беспечный, он даже и помыслить не мог, что через несколько секунд нос к носу столкнётся со смертельным врагом.

Дальнейшее следопыт рассмотрел плохо. Метнулась чёрно-кровавая тень. Два глухих удара, лёгкий стон, топор полетел в сторону, обмякшее тело рухнуло на землю. Не мешкая, Кайдлтхэ схватила дуралея за ноги и потащила к кустам, где спрятала лошадей.

– Давай помогу, – спохватился копарь.

– Сама справлюсь, – отрезала д’айдрэ.

Губошлёп и впрямь не отличался атлетическим телосложением, скорее напоминал подростка и даже для тамарвалдца выглядел тщедушным и мелким. Грязная холщовая одежонка, потёртые кожаные сапоги, нечёсаные волосы и всклокоченная бородёнка выдавали в нём если не крестьянина, то городского работника из разряда принеси-подай. Не командир, не боец, а так, непонятно что. Да только выбирать не приходилось, уж какого судьба послала, тем и довольствовались.

Кайдлтхэ взвалила пленного на лошадь, запрыгнула в седло и махнула Алексею.

Следопыт поторопился. Нужно поскорее уходить, пока преследователи не обнаружили потерю. Да и ночь не за горами. Надо найти подходящее место и допросить недомерка. Может, хоть что-то получится узнать от этого олуха.

Всадники, обходя сухие упавшие стволы и густой кустарник, продвигались на запад. Крики загонщиков становились всё тише, а вскоре и вовсе растворились в чаще. По пути конникам повстречался ручей. Д’айдрэ подняла руку, остановилась, спрыгнула на землю.

Лошади благодарно фыркнули и склонили голову к воде. Алексей помог снять языка. Кайдлтхэ наполнила фляги, плеснула в лицо пленнику.

– М-м-м, – замычал аридалец и открыл глаза.

Серокожая извлекла из ножен Сокрушителя бездны, приставила клинок к груди раззявы и тихо спросила:

– Кто таков?

– А? Что? Кто? Где? – Мужичонка захлопал глазами, завертел головой, а увидав лезвие из тариалда, подался назад, заёрзал ногами, да всё без толку. Толстый ствол векового дерева не дал уползти, и губошлёп сразу сник.

– Не рыпайся, а то прирежу, – всё так же спокойно продолжала д’айдрэ и улыбнулась. От этой улыбки горожанин обомлел и едва не испустил дух. – Звать как?

– Меня? – промямлил пленный, прикидываясь дурачком.

– Тебя, балдей.

– Так это, Лог я. Имя такое.

– А теперь послушай меня, недоделок. Жить хочешь?

– Хочу! – исступлённо закивал Лог.

– Гляди, остатки мозгов не вытряси. Может, я и сохраню тебе жизнь.