Тихое озеро

Только под утро был один звонок. Как вы и сами слышали, звонила миссис Бускетс. Каждой весной ее кот Сэмюель сбегает из дома, и она весь город ставит на уши. Ему уже больше десяти лет. В его-то преклонном кошачьем возрасте пора бы сидеть дома, а он никак не может остепениться.

– А что по поводу Даррена Бейлифа? Джим и Курт навестили его вчера?

– Да, беседовать им пришлось с ним не меньше получаса и, как всегда, он пообещал, что возьмется за ум. Но вам ли не знать шериф, что словам Бейлифа может поверить разве что его мать.

Затеяв драку прямо у нее на глазах, в центре города, она все равно будет утверждать, что ее сынок сущий ангел…Шериф? Вы неважно выглядите? Что-то случилось?

Во время разговора Питера Ричард вновь задумался о своей дочери. Его мысли не могли долго концентрироваться на других темах. Вот и сейчас, во время рапорта своего помощника он задумался о своих семейных проблемах.

Прежде чем он успел что-либо ответить, зазвонил телефон.

– Шериф Уивер слушает.

– Ричард, это Джон, – услышал он басовитый голос мэра города на другом конце провода.

 – Мне нужно с тобой поговорить.

– Что случилось, Джон? – несмотря на то, что мэр города Сиэль годился ему в отцы, они всегда называли друг друга исключительно по имени. В этот момент в здание офиса вошли два других работника правоохранительных органов города: Джим Столлен и Курт Нойлз, при этом о чем-то громко разговаривая.

– Произошло несчастье с сыном Шона Сэлмона. Парнишка сейчас в реанимации.

Врачи подозревают передозировку запрещенными препаратами.

6.

Ему пришлось вернуться на Уайт-роуд и, доехав до перекрестка, свернуть налево и далее по Инсайд-роуд прямо около трех миль, прежде чем оказаться рядом с домом мэра Сиэль Джона Олдсбурга. Мэр Олдсбург был добрым, немного тучным шестидесятитрехлетним мужчиной, который был довольно энергичным для своего возраста. Мэром он стал еще в 1982-ом году и занимал этот высокий пост до сих пор. Джон Олдсбург был человеком, которому очень шла седина и пушистые усы.

О таких говорят – «солидный мужчина». Он был женат на Ребекке Олдсбург вот уже двадцать восемь лет и считался прекрасным семьянином, при этом никто уже и не вспоминал, что с Ребеккой у него был уже не первый брак, и даже не второй. Впервые Джон связал себя узами брака еще в двадцатилетнем возрасте со своей однокурсницей, но уже спустя полгода он понял, что поспешил с женитьбой и вскоре начал бракоразводный процесс.