Тихое озеро

На кухне повисла тишина, во время которой Винсент лукаво улыбался, а Лэнс стоял как вкопанный и не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.

– Ты это серьезно, Винс? – наконец произнес он, но вместо ответа кухню заполнил раскатистый смех.

– О Боже! Нет, конечно! Я что, по-твоему, сума сошел?! Да на такие деньжищи я могу позволить себе личную армию, и каждый солдат будет иметь водительские права.

– Ты всегда был шутником, брат, – с легкой обидой заявил Лэнс.

– Видел бы ты сейчас свое лицо, Лэнс, – все еще гогоча от смеха, с трудом выдавил Винсент.

После этой новой искрометной шутки у Винса даже потекли слезы по щекам. Лэнс махнул на него рукой и повернулся к микроволновой печи. Достав из нее пиццу, он направился к столу.

– Знаешь, братец, при твоей профессии тебе не мешало бы быть толику серьезнее, – подметил Лэнс, после чего вернулся за кофе.

– Копи Люак?

– Обычное растворимое.

– Сойдет и такое.

– С сахаром или без?

– Шутки у тебя, братец, всегда были плоскими, – недовольно пробурчал конгрессмен-республиканец. – Есть вещи, про которые лучше не шутить.

– К примеру, про твой диабет? – уточнил Лэнс, бросая два кубика сахара себе в чашку.

– Вот именно. – Винс Норрингтон достал платок из кармана пиджака и вытер им глаза и рот.

Лэнс поставил на стол чашки с кофе, после чего принялся за пиццу. Винсент с отвращением взглянул на мучной продукт, а после с безнадежностью на брата.

– Ты не думал о повторной женитьбе, Ланселот? Ты явно забыл уже, что значит домашняя еда.

– Кто бы говорил. Я хоть иногда ем яичницу с беконом, а ты только и знаешь, как в ресторанах утолять свой голод. Вдобавок, где сейчас найти женщину, способную готовить, убирать, удовлетворять в постели и любить твоих детей как своих собственных?

– Тогда заставь Шеннон готовить.

– Как я могу заставить ее делать то, чего сам никогда не делал? Ее мать была стервой высшего сорта, но умела прекрасно готовить. Да и убиралась неплохо в доме. Что касается постели…, скажем так: в постели я был учителем, а она – ученицей средних способностей. Но она свалилась в могилу, забрав с собой рецепт готовки.