За пределом реальности

Он обнаружил в себе очень стойкое желание это исправить, его грудь начинала закипать, мышцы напряглись, а челюсти крепко сжались. И зачем он только сдерживал себя? Казалось бы, этот урок нужно было усвоить уже давным-давно. Нескончаемые мучения можно было прервать только достаточной дозой лекарства.

Ах, одиночество. Истинный корень всех эмоциональных зол. Это бестелесное чувство сжирало его изнутри, вгоняло его то в злость, то в отчаяние, то в депрессию. Сейчас ему как никогда нужен был человек, готовый его выслушать, понять, сказать, что все будет хорошо.

Валентин знал, что одиночество было его самой болезненной проблемой. Ни Лизы, ни родителей, ни настоящих друзей, ни даже хороших знакомых, он будто жил в мире, где все от него отвернулись, в мире, в котором он был лишним. Он шагал по улицам кишащего жизнью мегаполиса, ездил в переполненном метро, ежедневно встречал тысячи людей, но настолько горестного и удручающего чувства одиночества он не испытывал еще ни разу в жизни. Как так получалось, что он находился в эпицентре скопления людей, но ощущал себя будто парящим в абсолютной пустоте? На земле живет свыше семи миллиардов людей, но по какому-то необыкновенно глупому и странному совпадению каждому этому человеку без исключения на собственном опыте было известно, что такое одиночество. Немыслимый парадокс.

Уже в который раз Валентин беспросветно погряз в водовороте мыслей, которые, что называется, сыпали ему соль на рану.

Сколько у него было таких ран? Не одна, это уж точно. Он остановился у дороги напротив своего дома, в ожидании зеленого света на светофоре. Его путь, однако, не был окончательно определенным. Сейчас его искушал вариант перейти дорогу и свернуть направо, к ближайшему магазинчику и купить там бутылку-другую пива. Красные цифры на светофоре потихоньку шли на уменьшение, затем загорелись зеленым цветом. Валентин шагнул на дорогу, все еще не сделав выбор, идти ли ему домой или свернуть к продуктовому. Или, по крайней мере, он пытался обмануть сам себя, внушить себе, что выбор очень сложен, хотя на самом деле в глубине души он уже на сто процентов был уверен в том, как поступит. И, перейдя дорогу, Валентин, что не оказалось для него сюрпризом, без лишних размышлений повернул направо, и уже меньше чем через пять минут стоял у кассы, держа в одной руке бутылку крепкого пива, а в другой – деньги за него.