Рейтинг Асури

К этому вопросу были подключены абсолютные умы, способные размышлять о благе государства как о собственном. Среди таких умов был и Афа Асури.

Смартфон замигал, заискрился разноцветной заставкой, звякнул и принял свое привычное состояние. На экране высвечивались коротенькие ряды циферок – дата, время, метеорологическая информация; финансовая репутация показывала состояние банковского счета Афы. Ниже через перламутровую полосу высвечивалось серебряное число из четырех цифр: 7531…

Это и был рейтинг профессора истории мышления Афы Асури.

Такой балл являлся исключительным гарантом всевозможных привилегий, от выбора места жительства до беспроцентного кредита любой суммы на любой срок.

Сбросив европейский наряд, Афа зашел в гардеробную комнату и отыскал белоснежный халат с черным аистом на спине – любимый халат по воскресеньям. Профессор сбрызнул лицо водой, которая тут же напомнила ему близость океана: влага была прозрачнее хрусталя, каждая капля пахла свежестью и прохладой. Из зеркала на Афу смотрело уставшее после поездки лицо, аккуратно обрамленное короткой бородой и слегка вьющимися черными волосами.

Загоревшая кожа европейского лица придавала спортивный вид. Никаких признаков успокоенной солидности видно не было. Пятьдесят пять лет для Афы были не чем иным, как началом.

Профессор закутался в черного аиста, вышел на террасу посмотреть на океан. Его вилла была в нескольких ярдах от залива, словно придуманного для Асури заботливой природой. Какие бы ветра ни гуляли по водной глади, залив оставался тихим и спокойным в любой шторм.

Архитекторы даже не стали устанавливать преграды, чтобы обезопасить жилище дамбами: не было необходимости.

Усевшись на теплый бамбуковый паркет, Асури кликнул тана и попросил принести воды и трубку. Формально республика запрещала никотин, но ночной Байхапур изредка закрывал глаза на нарушение этого запрета. Пожилой индус-тан также «ничего не видел и не слышал».

Неожиданно Афа спохватился:

– Тан, а в доме есть Hennessy?

– Да, мистер…

– Принеси, пожалуйста, бутылку… Ну и бокал, естественно…

Асури дотошно рассматривал этикетку на бутылке, сосредоточенно разбирая мелкий шрифт.

Его волновало все: где изготовлено, кто производитель, кто импортер, где разлита эта бутылка. Через несколько минут он все-таки откупорил коньяк и налил совсем чуть-чуть:

– Ну, до свидания, Hennessy… – Асури сделал глоток и, отставив бокал, повернулся к океану.