Сфера воображения. Вселенная флота

Марта уставилась в пол. После инициации ученик… почти бывший ученик… впервые обратился с прямым вопросом. Осознал, что в одиночку и провидец не сверхгерой? Хорошо бы.

– Нет признанного всеми ответа. Могу рассказать мнение, но это не досужее мнение любителей. Наверное, лучше назвать точкой зрения. Да, так лучше. Хочешь услышать?

– Да. – Олег впервые столкнулся с подобной ситуацией. Ученику дают знания. А сейчас он делал шаг на зыбкое поле догадок и гипотез, первый шаг к родной стихии аналитиков, учёных и правителей.

– Пока оставим в стороне рассуждения о природе разума. Разум есть, та или другая половина человечества им обладает. Я не о Крашш, как ты понимаешь, у нас этих разумных половин сразу три, считая с роботами.

Олег представил себе сразу три половины внутри одного целого, и улыбка расплылась по его лицу. Какой же он миленький, вздохнула про себя Марта и продолжила.

– Итак, мы не знаем всего смысла появления разума. Если безумные обезьяны без страха перед огнём нужны лишь на случай обледенений, то нет же смысла в их делах после потепления? Вывод, вечным этот выверт эволюции не предполагался и исходно.

А вот теперь важнейший момент. Эволюция живого по сути конструирование биоавтоматов с заданными возможностями и запрограммированным поведением. Высшая форма – животные. Их программы несут адаптацию к множеству условий жизни. Обладатели разума лишены возможности быстрой запрограммированной реакции. Они должны познать, понять и применить. Эволюция выкинула таких существ из эволюции биологической, заменив технической. Не надо отращивать когти, их заменят каменные ножи, бронзовые мечи, стальные сабли. Вопрос. Животное ведёт по жизни программа, а что определяет путь человека?

– Мы сами себя программируем.

– Это да, но, всегда но. Значит мы способны такого… так сказать, пусть это и грубо, такого напрограммировать, что мама не горюй. Любую дикость. Нет у людей рамок, кроме созданных людьми. Дикостей банально больше, нежели культурного и достойного. Итог прост. Минус ещё одно человечество.

– И чем разумные машины могут тут помочь?

– Возьмут за образец алгоритмизуемое поведение.

– Я понял. Глупости в алгоритмы не преобразуются. Понял.

Олег пронзительно посмотрел на наставницу и вышел. Марта же застыла на месте.

[«Послушай свою мать. Это малыш – настоящий крашшианский аристократ, из тех самых, что с Земли-326. Он вырастет. Наступит момент, обязательно наступит, когда он посмотрит на тебя, и для девочки Марты всё изменится.