Атом и Ава

– За нами гонятся?!

– Поспешим если – оторвемся.… Отсюда, до границы Помутнений, часа три, пешком. Дальше, оно не суется, а там, и Дом рядом. Вот только грузовик, провизией набитый, бросать жаль! – воскликнул однорукий раздраженно.

– Вернемся за ним и едой потом?

– Не выйдет! Снова вода здесь хозяйничать будет или лед, а может, и пострашнее кто-то. Пробираться по грязи трудно было, но через несколько часов пустынная местность меняться стала удивительно. Вокруг трава зазеленела, а еще, в наползающих стремительно сумерках, животные появились.

Под деревьями темнели их высокие, застывшие силуэты. Не сразу понял я, кто это.

– Огромные живые буйволы, а за ними – жирафы пасутся. А, какой аромат от цветов здесь… Как в джунглях настоящих. Что это, Варг?.. Где мы?!.. – пока вглядывался в невозмутимые лица новых спутников, под ногами пробежали кошки. Простые, домашние, репейником осыпанные.

– Здесь, земля наша обетованная начинается! Вы правильно шли. Это граница невидимая с Помутнениями. За нее, поля и лед не суются… Удивлен? Отсюда, уже и до Дома близко! – торжественно Варг произнес.

Вечерний воздух наполняли живые звуки от птиц и животных, хрустели ветки в темных зарослях. Как всегда, к ночи ближе, расступились немного облака. Между ними над деревьями замелькала полная, бледно-серая тарелка Луны, создавая иллюзию старого мира, привычного и уютного.

– Твари, что караван твой сожгли, оттуда заявились, – буркнул Варг, и пальцем ткнул в ее сторону, заметив, что голову поднял. – Повезло тебе – жив остался.

Мой караван Лунные, так же, безжалостно…

От воспоминаний, прищуренные глаза однорукого вспыхнули, как у безумного. Я решил воспользоваться состоянием его, и расспросить подробнее.

– Кто они?.. Зачем лететь далеко так, с Луны на Землю, чтобы просто уничтожать людей?

Но однорукий замкнулся опять, оставляя меня в окружении чудесных запахов зеленого оазиса и восхищении от обилия живности вокруг. Ведь с тех пор, как Помутнение разбушевалось по-настоящему, не встречал я других животных, кроме лошадей и коз, да еще единственной мартышки, жизнь мне спасшей.

По-новому осматривал я и одежду грязную – свою и спутников новых. Мы выглядели сейчас нищими оборванцами, вторгшимися в благодатное место. Возможно, единственное на Земле.

Пока я дикой природой наслаждался, то не заметил, как в сумраке долины, перед нами проступили очертания городских развалин. Огромный когда-то город, джунгли скрывали, а в центре руин его исполинский собор возвышался.