Сфера Воображения. Вселенная Случая

Труды её принесли плоды. Горький вкус у этих плодов. Нас преследовали.

Эрга умчалась к Диане. За нами шла группа из пяти тяжёлых и 6-7 средних кораблей. Один тяжёлый, три средних и пять лёгких у нас. По местным понятиям они нас на раз сделают, расстреляют на выходе в обычное пространство. Тут так воевать любят, хочется верить, что пристрастиям своим будут верны.

Линкор и крейсера развернулись носом к преследователям. Сторожевики образовали круг перед нами. Или перед противником?

Истекали последние секунды прыжка.

Выход.

Сторожевики рывком ускорились и скрылись за нашими спинами. Выскочившие в пространство преследователи с ходу открыли огонь, продавливая наши щиты. Осталось неизвестным, что подумали наши оппоненты, когда при выходе в их щиты врезался плотный рой самонаводящихся мин. Линкор и четыре линейных крейсера лишились защиты. Само по себе это не фатально. Карапузики несут по два тоннельных орудия. Проходящие через треть их корпуса колодцы магнитных ускорителей разгоняют болванки активного металла до релятивистских скоростей.

Снайперское оружие. Нанесём мы тяжёлые повреждения линкору противника, только ведь линейные крейсера не дадут нам дождаться перезарядки. Тут бой и закончится. Только вот танец оказался другим.

Шесть наших тоннельных зарядов накрыли всю группу линейных сил противника. Его крейсера прыснули в сторону под обстрелом крейсеров и сторожевиков. Второй залп «Хистера» и четырёх закреплённых на его корпусе броненосцев-мониторов поставил точку, превратив корабли линейной группы в лишённые вооружения развалины.

Пора идти в наступление. Вот мы и пошли. На сближение, подав на основные двигатели тормозящий импульс. Задним, как говориться, умом понял нелепость затеи, абордажников ведь раз – два и обчёлся.

Велика сила инерции. Загадочное стремление материи к нащупанной по своему разумению конечной цели никогда не позволит забыть о себе. Порой погубит, порой спасёт. Нам выпала светлая карта.

«X01» только попробовал притормозить. С четвёркой броненосцев на внешней обшивке этот манёвр не был простым.

Наступление, а точнее, сближение с противником и не началось, когда повреждённые корабли полыхнули пламенем аннигиляции. Не стали дожидаться отстрела нами их двигателей и высадки наших боевых роботов.

Щиты выдержали, мои нервы – нет. Девушки с интересом вслушивались в чеканные формулировки языка, что у нас называли «русский командный». Указующий, направляющий и посылающий. В этих краях – просто боевым кодом.