Цугцванг по-русски. Книга 1. 96 отделение милиции г. Москвы

Шелестов подошёл к зеркалу, достал из куртки расчёску, привёл себя в порядок, взял со своего рабочего стола папку, затем, закрыв дверь кабинета, направился к Русикову.

– Владимир Николаевич! Разрешите войти?

– Давай Шелестов, заходи! Ты чего это начальство своё так пугаешь? Старушка у тебя в кабинете смотрела на тебя, как на икону!

– Она не старушка, просто выглядит так, годы, да сынок – мудозвон, довели. А так, я занимался профилактикой правонарушений среди населения, проживающего на вверенной мне территории.

– Да? Ну, если так дальше пойдут дела, мы останемся без работы! – хохотнул зампорозыску.

– Не останемся, Владимир Николаевич! Это единичный случай.

– В самом деле? Хорошо, Калинов сказал у тебя забрать протокол допроса вдовы.

– Да, я принёс.

– Давай сюда и рассказывай, что видел!

– Ничего, то есть никого! Дома была она одна.

– Ясно! А схему квартиры можешь нарисовать?

– Да, могу. Обычная квартира, четырёхкомнатная, с маленькой кухней. Я в таких бывал.

– Значит, она тебя ждала и всех отправила из квартиры.

– Конечно, я же звонил ей, договаривался!

– Понятно! А мы думали, что дружная семейка будет в сборе.

– А чтобы это дало?

– Не знаю, но Качан, наш важняк, хочет их заставить нервничать. Мы собираемся у них провести обыск, и тогда, когда они будут все в сборе.

– Как? – ахнул Шелестов, – они же семья дипломата, у них и паспорта, и иммунитет!

– Вот! Мы тоже так думали, а оказывается, ещё в октябре Антонио Гонгора через наш Московский городской суд расторг брак с Маргаритой.

Так что теперь они всего лишь граждане с двойным гражданством, кроме Хуана и Мануэля, которые родились в Мексике.

– Ясно!

– Ну, хорошо, нарисуй мне план квартиры. Вот тебе бумага и карандаш. А вот тебе адрес театра им. Моссовета и имя, записываешь?

– Да, конечно!

– Дарницкая Вера Всеволодовна, актриса, номер телефона домой и в театр.

– Записал?

– Да!

– Узнай расписание её спектакля на завтра, и с утра, чтобы был у неё.

Она последнее время часто с Антонио Гонгора время проводила. Ладно, не мне тебя учить! Выясни там всё, что она знает, возьми объяснение и назад. Приедешь – доложись! Понял?

– Так точно!

– Вот – вот! А сейчас давай, рисуй, вундеркинд ты наш!

Дарницкая.

С утра, в воскресенье, в Москве установилась солнечная морозная погода.

Антон проснулся в начале одиннадцатого, солнечный луч давно и настойчиво светил в правый глаз.