Цугцванг по-русски. Книга 1. 96 отделение милиции г. Москвы

– Давай, закругляйся по – тихонечку, домой пора! – Он улыбнулся, и обнял девушку за талию. – Заодно снова попытаемся организовать свою личную жизнь.

Она сердито сбросила его руку.

– Не поняла. Как это, «снова»?

Салимзянов ласково улыбнулся.

Шелестов подумал, что очень давно не видел, как Фёдор улыбается.

– Что-то вы темните, ребята…

– Есть немного! – Рита выскочила из – за прилавка, сняла белый халат, и стала собираться домой.

Антон присмотрелся по – внимательнее и понимающе хмыкнул: она была в короткой джинсовой юбке, на длинных стройных ногах – высокие чёрные сапоги на каблуке.

Едва заметно обозначился округлившийся животик.

– Правильно понял, мы ждём пополнения, – кивнул Фёдор. – Устали уже пытаться завести детей.

Он закурил.

– Пошли, покурим на улице. И поговорим, давно ведь не виделись.

– Пошли, коли не шутишь.

Они вышли из центральных дверей и остановились около урны.

– Вы сколько уже вместе? – Шелестов глубоко вдохнул прохладного воздуха.

Фёдор выпустил густую струю дыма, мгновенно растаявшую в темноте.

– Пятнадцать лет, было два месяца назад.

– Долго.

На улицу вышла Рита, неся в руках закрытую на молнию хозяйственную сумму, чем-то полностью забитую.

– Ой, холодина какая! Милый, держи сумку. Антон, приходи по – чаще, мы тебя с Фёдором любим!

– Обязательно.

Она снова исчезла внутри.

– Когда ждёте малыша?

– Через три месяца.

– Подумать только! Появится маленький Салимзянов.

– Мы очень долго ждали этого ребёнка.

Ритка, бедная, все больницы объездила. Ладно, давай, я пошёл за ней. Увидимся.

– Договорились.

Друзья обнялись, и на том расстались.

Шелестов вздохнул и, перехватив пакет с продуктами по – ловчее, пошёл домой, похрустывая свежее – выпавшим снегом.

Фёдор Салимзянов и Рита Садовская, круглолицая брюнетка, от которой веяло верностью и домашним очагом, дружили с детства. Вместе были в детском саду, вместе учились в школе. Они жили в пятиэтажке у метро «Академическая». После окончания торгового училища вместе пришли работать в гастроном, где и Антон познакомился с ними.

Конечно, Шелестов знал в лицо и половину персонала по именам, но дружба почему-то сложилась именно с этой парой. Антон помнил ещё отца Фёдора по имени Шамиль, солидного, осанистого татарина, работавшего мясником в этом гастрономе, и приветливого улыбавшегося покупателям всеми тридцатью двумя золотыми зубами, вставленными с усушки и утруски различных мясных полуфабрикатов.