4. Хашар. Беспощадная жестокость

Только свист, как при полёте стрелы, говорил, что рядом что-то летит, спешит, мчится с большой скоростью, но увидеть копьё на фоне земли они не могли.

На пятом или шестом воине скорость упала, и Богдану пришлось повторить. Потом ещё и ещё. Вскоре на земле корчились около двадцати тел. Стоять на ногах и сражаться они не могли. Остальные испуганно попятились назад.

Туматы в это время успели забраться наверх. Оттуда послышался голос Сахи, и Богдан поспешил присоединиться к ним. Роса уже давно выпала на холодную поверхность камней, сделав её скользкой.

– Туда не пройдём? – спросил он охотников, указывая на обратную сторону ущелья.

– Нет, – коротко ответили несколько голосов. – Ноги сломаем. Умрём. Темно.

Богдан не знал, что именно по этой причине с другой стороны не могли пройти те, кого они буквально «выкурили» дымом перед самым заходом солнца. Монголы даже подтащили лестницы и уложили их поверх камней, но идти по ним было невозможно: жерди трескались и ломались, воины падали и оступались, ломая ноги, и не продвинулись даже на пятьдесят шагов.

У заваленного входа в ущелье всё выглядело по-другому.

– Все туда! Кидайте факелы! Стрелы!.. – командовал молодой горячий сотник, явно спешивший разделаться с остатками непокорных туматов. Богдан слышал эти крики и понимал, что их часы сочтены. Но сдаваться не собирался. Ему не было видно, что совсем недалеко, в двадцати-тридцати шагах от этого места стоят монгольский тысячник и злобно насупившийся Нурэй.

– Бат, назад! – послышался неожиданный приказ, и сотник дёрнулся, как от удара плетью.

– Что? Вот они! Сейчас… – он не договорил, потому что его перебил спокойный и настойчивый голос тысячника.

– Стой! Назад! Они нужны живые. Это – приказ Субэдэя!

– Э-э-й! – взвился непокорный воин. – Половины нет. Они убили. Сотни нет. Зачем они?

– Бат, живые… – негромко повторил командир, и даже Нурэй почувствовал в его голосе угрозу.

– Э-э-й! – снова недовольно взвизгнул сотник и пошёл выполнять приказ. Вскоре притащили небольшие лестницы. Монголы убрали луки и стали карабкаться наверх. Когда их попытки закончились неудачей, молодой военачальник с яростью обвёл взглядом корчившиеся на земле тела своих воинов и схватился за лук. Несколько стрел успели улететь в сторону чёрного провала над камнем, где среди догоравших факелов прятались дерзкие охотники.