Хроники Истиля. Книга первая. Последняя надежда

В последние годы всё меньше и меньше девушек желали зарабатывать телом, хватало и другой работы, за которую порядочно платили. Но спрос никуда не девался, так что цены на девушек стали расти, в следствии чего участились случаи изнасилования. Не все солдаты готовы отдавать половину своего месячного жалования за одну ночь с лагерной девкой. Именно поэтому, особенно после третьего дня, Аша не желала выходить к кострам, предпочитая собственное общество. От греха подальше.

Аша всё чаще начинала задумываться, как девушка может быть командиром отряда, если её подчинённые только и будут думать, как бы её раздеть? Теперь-то она понимала, почему это всё так развеселило командира Берса.

Когда костры затухали, затухал и шум в лагере, погружая его в сон. Накрытый ночной тьмой сине-фиолетового неба, рассекаемой лишь серо-жёлтой луной и мерцанием разноцветных звёзд, лагерь становился неподвижным, до самого восхода солнца. Только тогда, по наступлении полной тишины, Аша укладывалась спать.

Обычно сны снятся ей постоянно, и она их, по большей части, помнит, но в лагере она запомнила лишь свой первый сон. Она видела огромную птицу, подобных которой не видела никогда. Птица эта не имела крыльев и плевалась огнём. Она выжигала лес Войфун, а Аша ничего не могла с этим сделать, она просто смотрела на пожар и плакала.

Когда девушка проснулась, она ещё долго не могла прийти в себя, настолько живым показался ей этот кошмар. Позже она лишь смеялась над собой.

Чего только не выдумает разум глупой девчонки. Птица без крыльев. Пожалуй, она расскажет об этом сне Шейду, и они вместе над ним посмеются.

На второй день своего пребывания в лагере, Аша столкнулась ещё с одной проблемой. Сколько бы она не мнила себя храброй, она оставалась всего лишь молодой девчонкой. Которой было не чуждо стеснение.

Юная разведчица смотрела в сторону общего отхожего места и, понимая, что не сможет этого сделать, отправилась в лес. Благо, что никто не обратил на неё внимания.

И как же она была благодарна природе, что месячные застали её в дороге, а не в лагере. Лучше уж терпеть боль в одиночестве, чем… одна только мысль о том, что её кровь мог заметить хоть кто-то из этих солдат бросала её в дрожь. Нет, такого бы она не пережила. Никто из них не увидит её слабой. Никогда она не заставит жалеть себя. Хватит.

Каждый раз отлучаясь куда-либо она боялась, что упустит что-то из виду.