Иван и Александра

И дочери всего пять лет

Тогда ещё, наверно, было.

Но Пётр сдюжил – молодец,

Детей поднял и полон силы.

Сейчас они уже ого!

Его повыше ростом стали.

Дочь здорова, а кулаком

Быка, наверное, завалит.

К ней много сваталось парней,

Но быстро все поубежали.

Она обнимет – так ей-ей.

Аж ребра все внутри трещали.

А сын – охотник, весь в отца.

Бьёт белку в глаз, не промахнётся.

Да, вот такая вот семья.

Судьба нас крутит и смеётся.

Я вот про Фёдора, Иван,

Не понял, как так – потеряли.

Он что, был с вами и отстал?

А вы кричали? Вы искали?»

«Да нет, дед, всё совсем не так.

Медведь напал здоровый, злобный.

Он Фёдора и поломал.

Сдавил, сломал, наверно, ребра.

Внутри, похоже, кровь пошла,

Лежал от боли без сознанья.

Похоронили вот вчера,

Жена и сын одни остались».

«Да, это точно уж дела,

Давно такого не слыхали.

Чтоб сам вот так медведь напал.

Его, похоже, кто-то ранил.

Похоже, злой он на людей,

Ведь так медведь не нападает.

Уж я-то знаю, мне поверь,

Конечно, всякое бывает.

Хоть не охотник я, но был

В лесу по молодости долго.

Но, видишь, вот здоров и жив,

Хотя медведей видел много.

Про это расскажу потом,

А ты загадками говоришь.

У Фёдора жена с сынком.

И где они? Секрет откроешь?»

«Ох и хитёр ты, дед Игнат.

Всё норовишь узнать скорее.

Вон там, похоже, красный флаг.

Контора. Так идём быстрее…»

* * *

Зашли в избу. Кто, как, за что.

Всё председателю сказали.

Про то, как семьи мужиков

Как кулаков в тайгу сослали.

И про конвой, и про детей.

Как рыли топором землянки.

Кору как ели, лошадей

И как, собравшись на полянке,

Решили, что пора идти.

Собрали мужиков в бригады.

И в три направили пути.

«Вот вас нашли и очень рады».

«Да, интересные дела, —

Сказал Кузьма, рассказ послушав. —

Тут, видно, нужен комиссар,

Сходи, Игнат, по его душу.

Да, что-то слышал я зимой.

Пропал обоз в лесу с конвоем.

Везли там ссыльных мужиков,

Но я не знал, что их с семьёю.

Да, вишь, какой сейчас закон.

Чуть что не так, и вот сослали.

И это, в общем, повезло,

А то ведь многих расстреляли.»

Тут появился комиссар.

Чубатый, с пухлыми губами.

Зашёл и рядом с ними встал.

Сам в кожане и при нагане.

Взгляд, в общем, как бы и не злой,

Но недоверчивый и колкий.

К Ивану сразу: «Кто такой?

Давай рассказывай всё толком.