Анчар Крой. Огнеходец

Сам он, как и всегда, находился в вирт-шлеме у себя в кабинете – там от него было больше пользы, чем на боевых операциях. Хотя каждый из «ястребов» знал, что Нааг один из них, такой же участник подразделения.

– Они вас ждали, – проекция Наага бесцеремонно прошагала к телу девушки и начала водить руками по тем примочкам, что выглядывали из её кожи.

Нет, она не выглядела как киборг – просто микроприводы, датчики и нейропровода вылезали из тела, словно язвы. И это было чем-то новеньким. Предыдущие трупы не содержали в себе имплантов.

– О чём нам это говорит? – спросил Шам.

– Нужно вскрытие, – хмыкнул Нааг. – Пока только вижу, что крепили поршень к аорте. Что-то влили в кровь и хотели сильно разогнать.

– Вскрытие будет потом. Выводы нужны сейчас.

– Руны, – подал голос Анчар, вглядываясь в одну точку. – Прямо на ней.

– Какие руны? – спросил Шам.

– Призыва. Нааг прав, мы не опередили их. Мы клюнули на ловушку.

Словно в подтверждение его слов, что-то глухо громыхнуло.

Из вытяжных дыр и колодца канализации резко, как по команде, полезли огромные черные многоножки. Куда крупнее и выше человеческого роста, они обладали множеством тонких усиков-лап, позволяющих держать голову высоко над землёй. Их черный хитин отливался радугой, а красные глаза россыпью горели над ротовым аппаратом. Ни Анчар, ни, похоже, кто-либо другой ничего подобного никогда не видел. Даже оставшиеся в живых наемники потеряли дар речи.

За считанные секунды многоножки окружили «ястребов», издавая низкий треск, напоминающий хруст веток.

– Просыпайся, Анчар Крой. Тебя наверняка ждёт работа. Тебя ждут великие дела. Ты уже стреляный, знаешь, что всё зависит от практики. Миллионы волокутся на работу, как на каторгу, миллионы обменивают на деньги свою жизнь, выучив шаблонное ремесло и стеная под боссом. Миллионы задыхаются от рутины. А ты – нет. Твоя рутина – это ты сам. Вперёд, детектив Крой. И не забудь пополнить мне запас корма перед выходом.

Старая птица лениво ходила по подоконнику. Время от времени она спотыкалась, и только большой клюв позволял ей, что называется, не падать в грязь лицом. Первым делом Анчар выключил древний метроном, без которого не мог спать, затем собрался чем-нибудь швырнуть в Ястреба – не со злости, просто по привычке. Но слишком болела голова. Он ещё не успел отойти ото сна, как боль во всем теле напомнила, что вчерашний вечер завершился не лучшим образом.