Христофор Колумб

Противники переписки Христофора с Тосканелли пользуются весьма сомнительными доводами, вроде тех, что стиль письма не соответствует ученому или в тексте отсутствуют характерные для эпохи ссылки на авторитеты. Первое утверждение было бы правильным, если бы мы имели дело с итальянскими оригиналами, а не с вольными изложениями Фернандо Колона. Относительно второго замечания следует сказать, что именитому географу за два года до смерти в частной переписке не надо было придерживаться традиции университетских диспутов.

Оба корреспондента задали ему конкретные вопросы, он ответил на них. Я думаю, если бы Колумб подделывал письма, то изменил бы текст второго послания.

Иногда говорят, будто на замысел Колумба повлиял немецкий картограф Мартин Бехайм, первым изготовивший глобус – «земное яблоко»; будто Христофор в спорах с противниками ссылался на него. Это утверждение не лишено основания, однако, не надо придавать ему большое значение. Нюренбержцу Бехайму (1459–1507), происходившему из хорошей богемской семьи, в ту пору исполнилось двадцать лет.

С 1481 года он жил в Лиссабоне, где в качестве космографа готовился к плаваниям в Африку, состоял в Комиссии математиков (Математической Хунте), разрабатывавшей астрономические основы мореходного искусства. Мировоззрение Бехайма соответствовало взглядам Колумба, сформировалось под влиянием тех же книг. Накануне первого похода адмирала Мартин составил карту, воплотившую идеи предшественников, на которой даны малые размеры Атлантического океана. Колумб знал Бехайма, ссылался на него в научных спорах, но авторитет картографа был еще невелик.

Важным аргументом в разговоре с королем явилась бы ссылка на Библию. Пьер де Айи в «Образе мира» подсказал мореплавателю, где искать нужные цитаты. Аристотель, Сенека, Плиний писали об относительной близости восточных берегов Азии и Западной Европы в соответствии со словами пророка Ездры:

«В третий день Ты (Господь) велел водам собраться на седьмой части Земли, а шесть частей осушил, чтобы служили пред Тобой к обсеменению и обработанию»

    (3 Ездр.

4, 42).

Фразу из Библии современники Колумба воспринимали дословно, часто использовали в спорах о соотношении на планете суши и воды. Христофор последует их примеру, будет цитировать пророка в качестве важнейшего аргумента истинности своих вычислений. Желая усилить весомость слов Ездры, Колумб заново перечитает Библию, получит сильнейший эмоциональный заряд, но не найдет ничего определенного.