Атта

Старец, глянув на Макса, свесив свой сизый нос, ляпнул:

– Мы правим… честно.

Вслед им послышалось: – Инка! Молим!! Дай нам вернуться в Город отцов!!

Носильщики шаг ускорили; женщина прорвалась к ним.

– Царствуй, Великий! Муж убит Духами! Возврати меня в Город!

Жрец её стукнул. Женщина в слёзы: – Посланный Солнцем! Просим пощады!!

– Глупая баба, – сплюнул жрец злобно.

Выезд достиг пост стражников у костров. Блок сдвинулся…

Макс привстал, видя войско в тоннеле. Каждый был: в меховой тёмной робе и в сапогах из меха, в шлеме из бронзы; меч был за поясом, на руке – щит из бронзы.

Каждый нёс факел. Между колоннами шёл начальник, но в робе белой, с узким щитом из тёмного серебра, мерцавшего в свете факелов; уши были под дисками серебра же. Он доложился:

– Гвардия ждёт Великого! – и воззрился на Макса ясным открытым взглядом.

Уаскар кивнул ему.

– Р?ми, ладно… командуй.

Тот что-то крикнул. Прибыли люди в рубище, что сменили носильщиков (странный факт, но они, эти люди, были светлее, не как индейцы, и бородаты).

Жрец меж тем положил у ног старца жёлтые шубы и прогнусил с поклонами:

– Царство Хладных Потоков.

Р?ми махнул рукой. Блок, взлетев, скрыл рыдающих женщин, воинов и наместника Йана-макану на перекрёстке пары тоннелей. Быстро сомкнувшись вкруг паланкина, гвардия тронулась, заключив в себе бородатых носильщиков, Чкау-о и Батаки с бедным семейством.

Минуло время. Похолодало. Макс надел шубу.

Топот гвардейцев, вой сквозняков баюкал. Макс клевал носом и, чтоб встряхнуться, слез с паланкина, а пойдя следом, выяснил, присмотревшись, что цветом кожи, ростом и статью десять носильщиков выделяются. Изо ртов их от холода сеял пар; они были лохматы, ноги босые.

– Эти из ваших? тоже из хатнъ рун[10 - Люди Инки (иск. кечуа)?]? – Макс спросил у Батаки.

– Йанкун[11 - Рабы (иск. кечуа).]. Рун-льама[12 - Люди-ламы (иск. кечуа). Имеются в виду животные ламы (lama glama).

].

Макс смысл не понял. Он огляделся. Ход, коим двигались, плоскостенный, широкий, сёкся тоннелями под прямым углом.

– Вы прорыли их? – Макс спросил у Батаки.

– Было до нас.

– Понятно… Ну, и куда идём?

– Лучезарный увидит. Скоро увидит! – встрял объявившийся Чкау-о, чтоб, глядя на Макса, сыпать вопросами: – Лучезарный пешком идёт? Недоволен? Что он с мужланом, не в паланкине?

– Долог путь? – вставил Макс, перебив.

– Недолог.