Оковалки. Тайна Фрейда

Круг снёс полтонны от снегоката, точно пушинку; значит, мощь круга необычайна; будь по-иному, те отклонились бы, не слетели, точно запущенные пращой. Круг спас их, Дашу и Кронова. Почему же факт круга так беспокоит?..

Кучи земли в снегу с колеями значили близость волинской стройки, замершей до весны. Прожекторы и бытовки, блоки и трубы… Прежде растяжка уведомляла, что, мол, строительство начала «Фармакция». Новый пиллар доказывал смену собственника-владельца.

Выбрел охранник, пьяный и квёлый, но при ружье, при помповом.

– Раненый. – Кронов лыжною палкой часто потыкал в сторону поймы. – Нам говорит, что – ваш.

– Кто?

– Волин. Знаете Волина?

– Знать-то знаю, – хмыкнул охранник. – Как не знать? Олигарх большой. И завод его. О нём треплют. Он экстремальщик: типа, опасные виды спорта. Только зачем ему к нам?.. Ты сменщик? А не звонили нам про тебя, понятно? Ходют тут бродют…

– Волин ждёт, – вставил Кронов. – Волин. Он ваш начальник. Он сильно ранен. Есть у вас транспорт?

– Был.

– Волокушу сваргань. Он ранен. Также там дочь моя, ещё девочка.

– Волки тут только ночью, – брякнул охранник. – Ты не стремайся… Ваня, на помощь!.. – Кликнув второго, он объяснил, в чём дело, и стали ладить как бы салазки из оцинковки. После верёвкой их потянули.

Мгла, хотя не было четырёх, сгущалась… Чуть различались две колеи, единственный указатель; Кронов терял их неоднократно. Пара охранников волоклась за ним с фонарём, судача, как вдруг здесь Волин.

– Что, он пешком шёл?

– На снегоходе. Ногу сломал…

Дошли почти до Оки. Собаки их обгоняли и возвращались, бросились вдруг вперёд.

– Пап! – громко из темени звала дочь. – Мы рядом! Двигайтесь к нам, сюда!

Грохнул выстрел, псы разбежались. Даша смеялась.

– Вы ли, Макс Павлович? – звал охранник, вздевши фонарь.

– Явились? Где снегоходы? – с ходу спросил тот. – Я вам дал пару.

– Эта… поехали в январе, сломали.

– Старший, ко мне иди.

Кронов видел: дочь наблюдает, что будет дальше, и с любопытством.

– Пил? – бросил Волин, перекатившись на оцинкованный, с лязгом гнувшийся, грубо вогнутый лист.

– Ну, пили. Тут ведь…

– Дай помпу… Всё. Ты уволен. Сматывай. – Волин выхватил поданное ружьё. – Утырок, – вёл он второму, – трогай, тяни меня… Как со связью? Рация есть? Не сломана?

– Нормалёк с этой рацией. Накануне работала.