Хеопс. Пирамида

– Глумишься? Знает, знает весь Город: царь вчера дал указ, нынче взял его, отменил… Нельзя так, клянусь… – Из-под солдатского парика принца тёк пот, он пальцами раздавил кружку, сколки попали в князя.

– Стало быть, – выдавил Сехемхет, отряхиваясь, – жизнь – Хаос. В нём всё возможно. Может – быть как со мною, друг мой. Снофру сверг Х?ни, кто был отец мой. Я потерял престол. Вместо царя я – князь царской милостью, да и то потому что царю я брат… В накладе мы. Мне не бывать царём, и тебе не быть. Мне не быть, хоть заслуживаю по крови.

Но и тебе не быть, хоть заслуживаешь по силе и по уму, племянник.

Джедефра вздрогнул, впервые князь указал их родственность. Смех солдат, визг девок, коих солдаты жали, шум с улиц – он ничего не слышал, кроме слов дяди. Он напряжён был.

– Как бы царь – мир ему – ни ценил тебя, если ценит, как бы силён ты ни был, сколько бы ни имел побед, – больше, чем Петефхапи, – вёл номарх ровно, – ты не получишь власть. Хенутсен не даст, Хамуас не даст, чин страны не даст. Ты бастард, мать – ливийка, вот как те шлюхи, – ткнул номарх себе за спину, видя, что принц мрачнеет.

 – Ей, Эсмэ, повезло, что, наложница, приглянулась и царь избрал её… Но и тебе везёт, друг мой: ты царский сын… Хоть, жаль, не принц крови. Кончишь ты жизнь командующим войск Юга или номархом где-нибудь у порогов Нила. Будешь там похоронен, будет на погребальном камне, что здесь Джедефра, сын царя от ливийки, начальник войска или же крепостей…

Князь смолк.

Принц пил пиво, не отзываясь.

– Но это в лучшем случае.

В худшем, – отпил князь вновь вина, сняв тюрбан и явив бритую гладко голову. – В худшем случае женщины живут дольше. Царь – будет здрав – умрёт. Хефрен сядет в Мемфисе на престол; мать его выставит вас с Эсмэ в Ливию, где отец её и твой дед, вождь племени, к той поре будет мёртв, где будете вы чужими.

– Дальше что? – произнёс принц.

Сехемхет хмыкнул. – Но, друг мой, жизнь – точно Хаос. В нём всё бывает. Вдруг тебе быть царём?

– Тебе, – встрял Джедефра. – Я полукровка.

Ты – отпрыск Третьей Династии.

– Стар я, – сказал номарх обернувшись, и его люди вышвырнули лезших в харчевню пьяниц. – Прочь их, доносчиков, друг мой… Стар я, как и сказал, – продолжил он. – Да и Фаюм – как царство. Ном сей велик, богат. Бубны Фаюма будут бить вечно. Что мне ваш Мемфис? Но мне не нравится, что Хеопс – жизнь ему – слушает Хамуаса и посылает ко мне в рать Сенмута.

– Сенмут туп… Но прижмёт вас, – буркнул принц. – Я его знаю: учились в военной школе.