Измеритель

Последний боец, нагруженный вместительным рюкзаком, оторопело остановился от крика Данилы за спиной и в ту же секунду, неуклюже взмахнув руками, перевернувшись вниз головой, взлетел под полог ветвей. Его сдавленный крик заглох, когда сразу два коротких дротика вонзились ему в шею. Со всех сторон тропы прозвучало нечеловеческое завывание и улюлюканье, а среди ветвей и стволов замелькали темные фигуры.

Данила, выдыхаясь, еще ускорился, выдавливая из себя предельную скорость, на которую он только был способен. Вокруг мерзко засвистели дротики.

Что-то чиркнуло по разгрузке. Выхватив на ходу мачете, он в отчаянном прыжке перерубил веревку, на которой висел уже мертвый напарник, и, рухнув рядом с ним на землю, перекатился за его тело. Два дротика вонзились в рюкзак там, где только что торчала голова старого сталкера.

Данила, не высовываясь из-за своего укрытия, выстрелил вверх, где среди ветвей заметил какую-то тень. Вниз, с треском ломая ветки, грузно свалилось тело существа, приземлившись прямо на мертвого бойца, тем самым улучшив импровизированную баррикаду сталкера.

– Я слишком стар для таких передряг, – пробурчал он себе под нос и, выставив карабин, навскидку несколько раз выстрелил в приближающиеся силуэты, с удовлетворением отметив, что пара упала и замерла, а остальные метнулись в разные стороны. Вокруг кипел бой: протяжно ухали дробовики, огрызался «калаш» Максимыча, и всему этому отвечали со свистом проносящиеся дротики. В очередной раз выглянув, Данила разрядил карабин в несущиеся к нему с дикой скоростью двуногие фигуры и, когда нажатие на спусковой крючок выдало лишь сухой щелчок, поднял валяющийся на земле мачете.

На него навалилось сразу трое противников. Все-таки это были люди. В невыделанных шкурах или в доспехах из чешуи ящеров, с разрисованными черной краской лицами, вооруженные примитивным оружием, низкорослые, худые, но люди. Парировав удар зазубренного топора, он вонзил в череп одного из нападавших свое оружие, но на руке тут же повис дугой, а третий крутился вокруг, пытаясь нанести смертельный удар.

Данила вертелся, словно медведь, окруженный гончими, но стряхнуть с плеча вцепившегося врага ему никак не удавалось. В конце концов, второй коротышка, метнувшись в ноги исполина, умудрился завалить его. Данила в последний момент извернулся, как кошка, и всей своей немалой массой рухнул на висевшего на нем дикаря. Внутри варвара что-то хрустнуло, и коротышка, крепко державшийся все это время на плече Данилы, сразу затих.