Реверс

Кузнецы, портные, кожевники, ювелиры и прочие кустарщики наперебой свои творения пихали в ведомство по прогрессорам. И всё в соцсетях выложено.

Хотели сперва всё в секретности держать, но как только Штаты ринулись в безлюдный мир, заявив на весь свет, что они молодцы, пришлось рассекретить, чтоб не отстать в политическом плане. Нам же тоже шумные успехи нужны.

Штатам карты в руки: делай что хочешь, лишь бы экология не пострадала, а у нас сразу возникла куча комиссий по правам человека, толпы профессоров во всех отраслях и обществ по защите попугайчиков из параллельного мира.

Но это же оказалось нашим козырем. Экономически у конкурентов фора, а у нас – настоящий обитаемый мир со средневековьем. И матриархатом. Запад аж на кипяток изошёл! Хайп не утихает ни на секунду.

– Мы жрать-то будем? – спросил я у Катарины, когда миновали рынок.

– Вечно вам, мужчинам, лишь бы хныкать! Потерпеть не можешь? – огрызнулась она.

– Ну я же должен знать.

– Скоро.

– Когда скоро?

– Ульцеро, – зло пробурчала в ответ наёмница.

На местном непереводимом это было что-то вроде стервы. Только этим словом местных мужичков звали, которые излишне много говорят. А ещё по земной привычке вставляю местоимения «Я». А вот назло буду вставлять. Буду гадёнышем крашеным! Хотя нет, я русый от рождения.

Я поглядел на клинок Катарины. Уж не им ли с ней рассчитались? И ножны, и рукоять слишком хороши для этого мира. Про сам фальшион и говорить нечего – легированная сталь заводского проката с соблюдением всех технологий даже после ручной ковки на порядок превосходит местные изделия.

После электрохимического травления узоров она превращалась в произведение искусства. Для местных это фактически аналог эльфийского клинка, а я сам – типа эльфа. Длинных ушей не хватает, но зато в наличии голубые глаза, какие здесь бывают только у фольклорного северного народа. Вот они и были фирменным знаком прогрессоров. Из-за этого на меня часто поглядывали с любопытством. Эксперты посчитали, что лучше быть эльфом, чем притворяться своим. Всё равно не получится. Хотя я точно знал о тайных агентах, в которые были набраны высокие спортсменки. Их долго-долго натаскивали на лингвистику и обычаи, а потом засылали как купцов.

– Долбаная провинция! – снова буркнул я, когда улочки между двухэтажными кирпичными домиками стали совсем узенькими, а грязь вперемешку с человеческими фекалиями никогда не высыхала.