Тысячелетний воин Ярополк

– Хантур, охотаник, – произнёс он по слогам, блеющим, как у барана голосом, даже жёлтые глаза его были как у барана – с лежащим на боку овальным зрачком, – лорд-хозаин сказал, не боятса. Это землиа оф лорд. И мы делат, щто лорд сказал.

– Да мне плевать, что вы делаете! Вы человека убили!

– Это не тролли, – прошептал мне на ухо подошедший Дмитрий.

– Не мешай, – едва слышно ответил ему, а потом закричал: – И вы примете за это кару!

Гоблины загоношились и начали шумно что-то обсуждать, тыча пальцем то друг в друга, то в мою сторону.

Предводитель совсем разошёлся, хватая за грудки своих помощников и раздавая тычки. Я наблюдал за всем этим с откровенным любопытством, пока, наконец, старший гоблин не заблеял на всю поляну.

– Шар ап!

Зелёные смолкли, а вождь достал из складок лохмотьев потресканный смартфон и несколько раз в него ткнул, приложив у длинному уху.

– Хозяин, хантур хиэ, он говорит, мы убили хуман. Еес. Да.

Гоблин широко улыбнулся, показав острые зубы, и убрал смартфон.

– Это не мы убить. Мы не знать, кто убить, – проблеял вождь и достал тонкую потёртую плашку, – у меня виза есть. Ю кэн нот меня бить.

– У тебя – да, а у твоих работников? Я не уйду, пока не узнаю, кто убил человека.

Я убрал лук, достал меч и медленно пошёл вперёд, срубая им верхушки трав и листья папоротника. Гоблин оглянулся и снова противно залепетал.

– Это не мы.

– Тогда я хочу сам поговорить с хозяином. Дай смартфон мне.

– Нет, нет, не дам! – вдруг завизжал зеленокожий, сжав пальцами вещицу.

– Дай! – протянул я руку и совсем приблизился. И непонятно, что его так напугало. Неужели настолько боялся повелителя? – А то я берегиню спрошу, кто убил. Она не могла не видеть.

– Дрю-ю-ю! Кам хиэр! Дрю-ю-ю! – завопил на всю поляну вожак, а гоблины начали доставать из-под лохмотьев оружие – короткие кривые сабли, плохенькие луки и небольшие топорики.

Для меня всё это детские игрушки, но слишком много их было. Даже игрушками можно насмерть зацарапать.

– Дрю-ю-ю-ю! – истошно вопил вождь, а через некоторое время раздались скрежет и грохот.

Одна из куч железа начала рассыпаться. Из-под ржавого остова большой машины показались сперва длинные темно-зелёные руки, а потом большая голова со скошенным лбом и маленькими свинячьими глазками.

– А вот это уже тролль, – услышал я голос Дмитрия позади себя.

– Значит, этого, с визой, оставляем в живых, остальных убиваем, – произнёс я, разглядывая огромную тушу.