И ни на одно мгновение дольше

Дослушав деда, Далия кивнула и, ничего не ответив, ушла отдохнуть в свой уголок. Уснуть не получалось. За эту ночь произошло столько важных событий, что в голове все смешалось. Первый раз в жизни ей что-то нужно было решить самой, никого не слушая и никому не веря. Она подумала, что будет, если дед не остановится на Сирте и его жене. Очевидно, что тогда, после того, как она родит наследника, мишенью станет и сам князь Алдан.

Далия давно догадывалась, что ее дед мечтает сам управлять Городом. А если не станет ни Сирта, ни Алдана, то он сможет стать опекуном княжеского сына.

Разумеется, она тоже станет не нужна. В лучшем случае дед запрет ее с ребенком в доме или прикажет построить для нее отдельную башню-темницу, как это принято у них на родине. Вполне вероятно, что Город попадет под власть страны, из которой они сюда приехали.

Она пыталась заснуть, но мысли не давали ей покоя.

«Вот почему те чудища в реке тянули меня в разные стороны, – вспомнила Далия. – Когда в душе покоя нет…»

Она вспомнила все события этой ночи и вдруг отчетливо поняла: «Эти мои сомнения были до того, как появился цветок папоротника.

После него все изменилось. Если я стану княжеской женой, мне не нужны будут никакие опекуны и защитники, кроме моего мужа, – улыбнувшись подумала Далия, засыпая, – а вот дедушке придется уехать на свою родину. Для моих детей родиной станет Город».

У князя отдохнуть не получилось. Как только он появился в доме, к нему примчался брат. Сирт рассказал о тех двух всадниках, которых Алдан встретил на рассвете.

Это были его разведчики.

– Я послал десять своих лучших воинов узнать все что возможно о тех, кто грабит наши деревни. Они нашли их лагерь на берегу моря. Эти люди приплыли сюда издалека не для того чтобы остаться здесь жить, а для того, чтобы убивать.

– Почему ты так решил?

– Среди них нет женщин и детей. Они не строят дома, не заводят скот. Это не землепашцы и даже не охотники. Они воины. Встреча с ними стоила жизни восьмерым моим товарищам.

Алдан смотрел на брата и не верил своим глазам. Он никогда не видел Сирта таким взволнованным.

– Когда их было мало, – продолжил воевода, – они развлекались налетами на тех, кто не может постоять за себя. Но недавно приплыли новые корабли. И скоро их армия придет сюда.

– Хорошо. Пусть приходят. Мы сможем достойно их встретить.

– Но это будет непросто, – Сирт больше всего опасался, что гордость и самолюбие князя не дадут ему принять правильное решение.