КамТугеза

– Как?как?! Приходишь ты усталый с работы, а тебе: «Вот Люське, моей подруге, муж вчера новую машину купил, а ты мне гвоздички раз в год». Мужик целыми днями от начальника подобную хрень слушает… А представь еще, что его начальник – тупая девчонка, любовница какого?нибудь чиновника… Тогда мужик и сломаться может. Так что если баб не слушать, то неудачником стать невозможно. Ну, или жениться по любви… По крайней мере, будешь знать, за что тебе это все.

– Или вообще не жениться. Ты сам, почему больше не рисуешь? Ты же так хорошо начинал.

Вчера он был твердо уверен, что как только закончит дела, то первым же рейсом улетит на Камчатку. Но разговор с Лизой что?то изменил в нем. «Может действительно не стоит тратить жизнь на никому ненужное кино? А пожить для себя…» Он вспомнил, как Лиза рассказывала про дом в Тоскане. «Можно там снять шикарные фильмы об Италии. К примеру, про итальянский поход Суворова.

– А мне нравится реставрировать, – прервал его мысли Томас. – Я сохраняю прошлое. Без него не будет будущего. Историю всегда используют как публичную девку. Вот эта нам нравится – мы берем, а эта слишком неприглядная ? спрячьте ее подальше. Вот я и сохраняю то, что сейчас спрятали.

– Получается, что вся история фальшивая и всегда подогнана под определенную власть?

– Ну, в общем-то, да.

– А тогда зачем ты переживаешь о том, что что?то исчезнет? Если власти это не надо, то тебе оно зачем?

– У них свои задачи, у меня свои. Все новые вожди начинают с того, что стирают старое. Совсем недавно церкви взрывали. Теперь семьдесят лет истории пытаются вытравить. Знаешь, сколько хороших картин в запасниках? А сколько вывезли за границу? То коммунисты вывозили, теперь капиталисты вывозят. В Нью-Йорке скоро будет больше нашей современной живописи, чем в Москве.

– Это всегда было и будет. Ты же сам говоришь: кто платит, тот танцует.

– Значит, на Западе наша история нужна, а нам нет? А как же «любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам», зачем стирать старое? Знаешь где больше всего предметов культуры Древнего Египта? В Лондоне. Если так дело пойдет, то и от нас тоже скоро только пыль останется.

– Ты сам себе ответил: если не стереть старое, не напишешь новое. Нужна чистая матрица.