Человек из грязи, нежности и света. Роман

– А кто тебе сказал, что ты смертельно болен, – усмехнулась Соня, – может ты покажешь справку от врача с каким-нибудь диагнозом?!

«Она мне не верит», – подумал Эскин, краснея.

– А зачем тогда тебе брать отпуск?! – прошептал Эскин.

– Чтобы все время быть с тобой, – улыбнулась Соня и поцеловала его.

– Эх, как хорошо жить втроем, – опять добродушно рассмеялся Собакин.

– А в кровати мы тоже будем втроем?! – спросил Соню Эскин.

– А почему бы и нет, – ответил вместо нее Собакин.

– Дурдом, – уже вслух подумал Эскин.

– Можно и по очереди, одну ночь он, следующую ночь ты, – бодро отозвалась Соня.

Эскин покусывал губы и молчал, уже вся жизнь казалась ему каким-то безумным сном. Эти люди существовали, и значит, Богу было угодно, чтобы их сумасшедшие воззрения укладывались в одно место вместе с нравственной проповедью.

– Все больное нравственно, а все здоровое безнравственно! – вдруг озвучил мысль Эскина Глеб Собакин.

– Вы телепат?! – спросил его с ужасом Эскин.

– Нет, я амеба, – тихо рассмеялся Собакин, усаживаясь к ним третьим на кровать.

Его красное как большой волдырь лицо безумно раскачивалось из стороны в сторону. Соня в это время оставляла засосы на шее Эскина, а Эскин закрывал глаза, думая, что все это ему только снится.

Глава 6. Жизнь втроем

Эскин до сих пор никак не мог понять, как он мог дать им уговорить себя жить втроем.

Ведь он изучал античную философию, христианство, эзотерические тайны древнего Востока, и вдруг его разум почему-то ослаб и он сделался совершенно безвольным человеком. Конечно, ему нравилась Соня как женщина, но присутствие ее мужа – Глеба Собакина постоянно раздражало его. Собакин часто безо всякой причины смеялся. Кроме всего прочего он редко мыл руки и почти никогда не смывал за собой в туалете.

– Не обращай внимания, все художники такие! – успокаивала его Соня.

Глеб Собакин действительно был художником. Только рисовал он почему-то одну голую Соню, то сидящую верхом на лошади, то верхом на страусе, то на голове самого Глеба Собакина.

Вместе с собой они привезли раскладушку, на которой теперь поочередно спали то Эскин, то Глеб Собакин, пока один из них удовлетворял в соседней комнате Соню.