Нет сигнала

Если снять энергометр, питание отключится. Он сам делал так часть виражей. В полете проводил рукой по браслету, нажимал две кнопки, и энергометр отключался, а следом за ним и двигатель. Тогда он разворачивал крылья для планирования и переходил на управление через другой руль – чисто механический, в энергии не нуждающийся, – перестраивался в воздухе под возгласы публики, а потом резко застегивал браслет, и двигатель взвывал вновь. На гонках от такого обычно пользы не было, а вот на показательных выступлениях и в катаниях над океаном ради собственного удовольствия – это был его любимый финт, известный во всем мире.

Понимая его взгляд, злой и в то же время недоумевающий, Норман пожал плечами. Ему тоже было непонятно, зачем все это нужно, но, как техник, он был уверен в своем заключении.

Миша протянул ему карту жильца и попросил:

– Выведи мою капсулу и подожди меня внизу. Поедем в бар, выпьем. Надо еще подумать, где взять деньги на новый двигатель.

– Я договорился о встрече с одним из спонсоров на завтра, – тут же ответил Норман, забирая карту.

– Тля, – лениво бросил Миша, но больше ничего говорить не стал. Спонсор – значит спонсор, а расставание с невестой и чудаковатое поведение брата, видимо свихнувшегося на почве собственного величия, – уже дело десятое.

Выпустив Нормана из квартиры, он зашел в гостиную и швырнул энергометр в пустое кресло.

– Заключение спеца, – объявил он строго, перебивая бормотание Артура.

Матвей испуганно уставился на него, Артур подскочил на месте, и только Миша остался хладнокровным:

– Или ты мне сейчас рассказываешь всю правду, или я просто ухожу! – потребовал он, скрестив руки на груди.

– Я…

Матвей запнулся, посмотрел на брата, затем на энергометр с черным потухшим экраном, на свою руку, бледную в том месте, где аппарат годами скрывал ее от солнца.

– Это правда? – ошарашенно спросил Артур.

– Нет! – вскрикнул Матвей и вскочил на ноги, краснея от гнева. – Давайте, выметайтесь! Пошли вон отсюда! Оба!

Ему действительно хотелось остаться одному, выть от отчаяния и не оправдываться. Ему должны были поверить просто потому, что он не врал. Он ученый, уважаемый человек с головой на плечах, который не будет заниматься такими глупостями.

Так, видимо, думал он один.