Нет сигнала

Он оказался обжаренной креветкой с прикрепленным к ней хлебцом, заменявшим ноготь. Черви оказались лапшой, а черная крошка – маслинами. Странное блюдо, будучи разгаданным, сразу стало аппетитным, но клубничный кисель не мог с ним соревноваться в способности успокаивать Денисова.

– Я все понимаю, – сказал он, сделав еще один глоток киселя. – Даже вот это раздобыл, чтобы обзавестись доказательствами. – Он указал на камеру. – Но это оказалось сложнее. Понятия не имею, что происходит.

– Я не очень вам верю, – признался Вильгельм, – но учитываю, что врать вам нет никакого смысла. Если допустить, что вы говорите правду, я посоветовал бы искать проблему не в энергометре.

– Как это не в энергометре? – растерянно спросил Матвей.

– Поймите: за ними действительно ведется контроль, – спокойно пояснил мужчина, вытирая салфеткой усы. – Поищите проблему в себе. При таких обстоятельствах вам никак нельзя лететь, хотя бы потому, что перебои в работе энергометра могут повлиять и на работу шаттла.

Вы, например, в курсе, что вентиляция кают работает за счет энергии того, кто эту каюту занимает? Мне ваш труп на космической станции не нужен! – заключил Вильгельм и резко встал – Через три месяца на Титан отправится транспортный корабль, думаю, одного пассажира они смогут взять, но для начала найдите проблему в собственном организме и исправьте ее.

Он говорил так строго, словно начальник с подчиненным, но именно такой инструкции Матвею и не хватало.

С ней все стало немного понятней, хотя в собственную болезнь он все еще не мог поверить. О какой болезни могла идти речь, если он сдавал все тесты, все анализы, прошел несколько сканирований и был признан совершенно здоровым, иначе ни о какой космической экспедиции и речи быть не могло.

– Надеюсь встретить вас на Титане, – сказал на прощание Вильгельм, а Матвей только растерянно кивнул, пытаясь все осознать, и очнулся только когда понял, что теперь ему придется целиком оплачивать счет.

«Похоже, ты дурак, которого обвести вокруг пальца легче легкого, а подставить…»

Даже свою мысль Матвей не завершил, вдруг вспомнив, что перед тем, как все эти проблемы начались, последним человеком, которого он видел, был Николай Новиков – внук создателя энергометра. Это совпадение Матвею совсем не понравилось.