Иду на «ты»

– Говорю, рабский народец. Был у них один вольнолюб – Гудов Робин с Шервудщины, так извели лучника. Свои же и сдали господам.

– Кончай комиссарить, Лева, ясно нам все.– Илья смачно сплюнул.– Не хрен им тут делать. Короче, так: велика реальность, а отступать некуда, позади… это самое…

Группа оглянулась. За спиной чернел мрачного вида бор, весьма неприветливый, если не сказать страшноватый. С опушки доносился тоскливый и голодный волчий вой. Правее бора, на одном из семи крутых косогоров, расположилась милая каждому православному убогая деревенька, на околице которой три добротно одетых дружинника самозабвенно и смачно секли истошно вопящего селянина.

Еще правее виднелись заплатками убранные поля чахлой ржи и пастбища с худосочными, грустными буренками.

– За недоимки, видать, секут,– мечтательно осклабился Алеша Попович.– Святое дело!.. Экономика переходного периода эпохи раннего феодализма.

– Эврика, Илюша! – встрепенулся до глубины сердца тронутый открывшейся пасторальной картинкой Ермак.– Переходим на ту сторону и сжигаем мост.

– Ну да,– скептическим эхом отозвался Илья,– мертвые сраму не имут. Проходили. А оно тебе надо? В иную реальность лезть себе дороже. А как ежели она мертвая? Нет, друзья мои. Чужого акра не хочу ни фута, а своего вершка и пяди не отдам. Чакру свою тут положу, карму попорчу, а с места не сдвинусь.

– Гомер! – восхищенно глянул на побратима Алеша Попович.– Боян вещий! Твои бы слова да каликам в эпос!

Илья смущенно потупил орлиный взор, и на покрасневшем курносом его носу выступили веснушки.

– Стало быть, прошвырнемся к мосту? – торопливо подытожил ревнивый до чужой авторской славы Задов.

– Вы прошвырнетесь! – уточнил Илья.– Что до меня, то я уже все сказал. С места, блин, не сдвинусь. Богатырское слово верное.

– Понятно,– недоумевающе процедил Задов.– Поделишься, стало быть, на всех своей долей подвига. Ну что ж, нам больше славы достанется.

– Старшим в наряд у моста назначаю товарища Ермака,– одернул одессита враз насупившийся Муромец.

– Приказываю: группе выдвинуться к переправе, вступить в переговоры, предупредить противника о недопустимости нарушения равновесия данной реальности. Она, как помните, от дедов нам дадена, а потому священна и неприкосновенна. Далее – по обстановке. Толмачить будет Задов.

– Да начхать им на наши предупреждения,– занервничал уже и Ермак.– Вона у них подкрепление идет-едет.

– Ох, маму их! Доннер веттер,– невесело присвистнул Кузнецов, вглядываясь во вновь прибывающих.