В тенях империи

Вот та девчонка из маглева, та поняла бы… Уверен. Дадут отпуск – рвану на Марс и найду. Миллион населения – не проблема, это я решил твердо.

– Да вы меня не слушаете, друг мой! – Боярин Шталь заглянул мне в лицо с искренним беспокойством.

– Прибыть ко двору. Отчитаться. ДыРе – на орехи, нам – лавры, так? – спросил я.

– Какие лавры, дорогой мой? Очнитесь! Нам надо предотвратить войну. Вы так и не поняли, что замыслили подлецы?

– Как войну?

– Ох, горе. На вас натравили полицию и итальянцев.

Европейцы мечутся, устраивая неприличный тарарам. Конечно, попадаются гоняющейся за вами полиции. Когда вас возьмет полиция… Ах да, с ней – вышло недопонимание, рука Запада. Так вот – все выясняется, вы даете нужные показания. При этом иностранцы узнают о существовании шептуна – шила в мешке не утаишь. Паникуют – и вот вам Третья мировая на Земле и в космосе.

– Но зачем?

– Затем, что Кронин… – Владимир Конрадович выплюнул слово, которые больше ожидаешь услышать от грузчика, чем от потомственного боярина.

 – Как всякий параноик, он верит в войну на опережение и Wunderwaffe. И его позиции ничуть не ослабели. Шептун отныне не тайна.

– И как быть?

– Теперь все зависит от новой Государыни. Ее решение и ответственность.

– Почему вы сразу не ринулись к ней?

– Она путешествовала, яхта приземлилась час назад. Барышня разумная, я знал ее малышкой, но давненько не видел. А Кронин обязательно притащит какой-нибудь козырь.

Внизу показались деревья дворцового парка.

– С Богом, – выдохнул Шталь, размашисто перекрестившись. – Не оставь рабов Твоих…

7. “Casus belli”

…Кабинет, где нам велели ждать, оказался неплох. Думал, будет как в музее, а оказался в уютной гостиной. Разве что камин был непривычен, но, видимо, тут ценили архаику.

Обращали на себя внимание и лейб-гвардейцы – вернее, выпускницы военных училищ, которыми кто-то заменил привычных по фильмам молодцов. Мудро. В истории уже были проблемы с излишне любвеобильными государынями, не следует вводить даму в грех.

Развалиться бы в тяжелом кресле с бокалом, книжку – бумажную, настоящую! – с полки подхватить… Увы, компания подобралась неподобающая.

Бояре Шталь и Кронин неприлично собачились. Сам я жался к стеночке, а спутник Кронина, бритый налысо мужчина в инвалидном кресле, отвернулся к окну. Лица его я не видел.

– Вы пораженец! Иуда! – орал Кронин.

– Дружок, вы меня поражаете, – оскорблялся Шталь.