Проект «Отступник». Испания. Кровь и вино

Потом обратился к сидящим за столами сеньорам.

– Все смотрите, вон мишень висит.

На противоположной стороне зала таверны висела разделочная доска, ее я и выбрал в качестве цели.

Коротко размахнувшись, метнул клинок в доску. Увы, попасть-то я попал, но он не вонзился, как надо.

Фернандо вскочил, быстро сбегал и подал его. Только с третьей попытки клинок впился в доску, крепко пришпиливая ее к стене. Сеньоры восторженно зацокали, выражая похвалу.

Раззадорившись, попросил слугу принести дагу назад.

Когда клинок был в руке, положив ладонь на стол, принялся втыкать клинок между раздвинутых пальцев ладони – переборами, все убыстряя ритм в темп музыки.

Вовсю играла музыка в таверне, в исполнении местного музыканта барда, откуда-то появившегося, играющего горячие мотивы фламенко на гитаре.

Все дружно захлопали, восхищаясь моим искусством.

«Ну как дети малые, ей-богу», – подумал я спьяну.

Уже в конец обнаглев, без всякого этикета обратился к щедрому маркизу:

– А тут подают шампанское?

Маркиз громко проревел хозяину таверны:

– Слышь, бездельник, «каву» всем.

Кава – сорт испанского красного игристого вина, похожего на сорт шампанского.

Кварта – мера объема жидкостей, равна половине литра.

Хозяин сам вынес вина с кухни, ловко неся на подносе несколько запечатанных бутылок. Вся компания дружно и одобрительно загудела, восхваляя щедрость маркиза.

Привстав снова из-за стола, беря бутылку в одну руку, клинок – в другую, я поднял бутылку вверх, горлышком немного вниз, и по-гусарски отсек его, подставляя свой рот.

Оно вливалось ручейком в раскрытое горло, заодно обливая меня и все вокруг светло-розовым цветом. Кабальеро вновь захлопали, поражаясь моей пьяной удали.

Игристое вино сильнее, чем обычное вино, ударило в голову, стирая окончательно все барьеры.

Отведав вина из горлышка, пустился в пляс, изображая, типа «яблочка» под аплодисменты уважаемых донов.

В награду сеньоры вновь наполнили кубки, провозгласив тост за что-то там великое.

Далее пьянка продолжалась по накатанной колее до самого вечера.

Под конец веселья чуть ли не лез к сеньорам обниматься, серьезно воспринимая их своими дружбанами, пьяно бормоча и запинаясь в словах: «Ты меня уважаешь, кабал, кабак, кабальеро? А ты знаешь, кто я такой? Я – сталкер Джоник, меня все уважают».