Пекло 3

– Зря, я только сейчас понял, зачем все это нужно, – бросил ему Шеф и, похлопав Кирка по плечу, поспешил в лабораторию, просто потому что внезапно вспомнил, что у Докера был боевой противогаз, шлем с бронированным стеклом и фильтром для дыхания. Местный наркогений надевал его, когда делал особо сильные растворы на горелке с какой-то особо вонючей гадостью. Лишь однажды Оливер видел этот шлем и быстро потерял сознание то ли от запаха, то ли от боли в разбитой тогда голове, но одно он знал точно – шлем ему не приснился, не привиделся.

Он был и мог стать отличным дополнением к снайперской винтовке и канистре горючего.

* * *

– Так что там госпожа сказала про этого парня? – спросил один из стражников у другого с явной издевкой. – Что-то я уже забыл, а там была такая шикарная фраза.

– Да, так могла сказать только она, – ответил второй со смехом и процитировал: – «Он заслуживает самого добродушного приема и яркой смерти, когда вам наскучит: все равно хромой раб нам не нужен».

– Слышал, мразота? – спросил первый.

– Иди нахер, – хриплым шепотом ответил Берг.

Он даже голову держать не мог и упирался лбом в трубу, к которой были прикованы руки. Сидя в непонятной коморке на полу без одежды, воды и возможности сопротивляться, он не мог уже полноценно огрызаться и не дергался, когда на него выливали ведро, начиная тем самым новый акт издевательств. Вырубиться от тока и очнуться уже в цепях было обидно, если бы внутри не извивалось хищным червем чувство вины.

Он предал Карин. Он попался, как идиот. Он подвел всех, даже Шефа, который ему верил. По всему выходило, что он сам во всем виноват. Сам проиграл. Сам привел корабль в этот ад. Он заслужил все, что случилось с ним, и это тоже.

* * *

Зена сидела и смотрела на монитор, где она снова написала слова странного огромного нечеловека по имени Люкс.

«Человечность не имеет ничего общего с внешностью, формой и удовольствием.

Попробуй вместо человеческих развлечений изучить человеческое искусство, там куда больше говорится о человечности настоящей».

– Ну и что такое человечность? – спросила Зена почему-то вслух и внезапно ощутила, услышала ответ пленной женщины:

«Способность оставаться человеком, несмотря ни на что, хотя откуда тебе знать, что такое быть настоящим человеком».