Кружной путь

Этот звук полоснул по нервам больнее, чем острая сталь. Все сразу замолчали. Он не видел их, но понял, что лица всех пятерых обратились к тому холмику. Он понял, что всё пропало. И ещё он понял, что терять ему больше нечего – будь, что будет…

Резким движением он поднял голову и посмотрел в глаза первого попавшегося рыцаря. И он увидел то, что и ожидал – страх. Он увидел, как с лица рыцаря сползает презрительно-брезгливая улыбка, как рука его судорожно хватается за меч…

Поздно.

Потому что он уже понял, что рыцарь испугался.

Потому что страх рыцаря придал ему сил. Потому что он уже почувствовал на коже мимолётные покалывания сотен тысяч невидимых иголочек.

Так уже бывало с ним и раньше, но все эти ощущения оканчивались ничем, слабой головной болью и разочарованием. Но сейчас… Сейчас эти покалывания пошли волнами, сделались сильнее, отдались в ушах слабым звенящим звуком, наполнили сознание необычайной лёгкостью. Он забыл уже, как это должно быть, хотя раньше ему доводилось испытывать такое довольно часто.

Он напрягся и набрал полную грудь свежего холодного воздуха. И…

Время замедлило свой бег.

Пропал холодный степной ветер, исчезли звуки, превратившись в низкое басовитое урчание, движения рыцарей стали медлительными и вялыми. Всё вокруг сделалось сонным и неспешным. А он уже, выхватывая на ходу из-за пояса нож, кинулся к первому рыцарю, почти успевшему извлечь свой меч.

Нож легко вошёл под нагрудную пластину, медленным ленивым плевком брызнула из раны густая кровь.

Он не стал смотреть, он кинулся ко второму всаднику, опёрся ногой о его же стремя, приподнялся и одним ударом перерезал рыцарю горло. Только бы «песня» не смолкла, думал он, кидаясь к третьему рыцарю и мимоходом успевая порадоваться тому, что, казалось бы, полностью утраченные способности снова к нему вернулись. И тут всё неожиданно закончилось. И он услышал крик. Как раз в тот момент, когда вспарывал своим ножом живот третьему всаднику.

Крик был непонятным и бессмысленным, но голос был знаком.

Отскакивая в сторону от валящегося из седла тела, он каким-то чувством вдруг понял, что это кричат ему. Кричит она – Онга. И он догадался, что это не просто крик, это предупреждение. Он пригнулся, и вовремя – длинное копьё пролетело над его головой и вонзилось в грудь четвёртого всадника.

Всё ещё не веря в свою удачу, он резко обернулся и метнул нож – наугад, на звук, на злобный и отчаянный крик всадницы за своей спиной.