Пекло. Восставший из мертвых

Ступайте, доктор Гранд, у вас не один пациент, так что вам наверняка есть чем заняться. У его палаты выставлен караул.

– Караул не спасет ему жизнь, – возмутился Рональд, но заведующий только плечами пожал, давая понять, что ему просто все равно, или не просто – по крайней мере, такое равнодушие было пугающим, особенно после отключения кислорода еще там на военном корабле, где Рональд взялся лечить Оливера Финрера – слабого и едва живого, потерявшего половину своей крови, еще и внезапно оставленного без кислорода прямо во время операции.

Потом выяснилось, что где-то в системе какая-то трубка перегнулась, нарушив баланс давления, что привело к аварийному отключению подачи кислорода. Тогда Рональд не обратил на это внимание. Персонал быстро исправил ошибку, а теперь ему казалось, что его пациента просто пытаются убить, и не кто-нибудь, а сама система, которая один раз уже по ошибке сбросила его на планету преступников, вместо того чтобы увезти на рудники и позволить хотя бы закончить школу, а быть может даже получить какое-нибудь образование.

Слишком много совпадений для одного человека.

– Вы хотите, чтобы он умер? – пораженно спросил Рональд, не веря, что врач может не бороться за человеческую жизнь. Рональду везло совсем на других врачей, на других учителей и другие истины, которые обычно даже не обсуждались.

– Мне все равно, доктор Гранд, – равнодушно сказал заведующий и кивнул в сторону двери. – У вас идет рабочее время. У меня тоже, давайте не будем друг другу мешать выполнять свои обязанности, – сказал он строго и с нажимом, таким, что молодой врач, кривясь, вышел из кабинета, почти выскочил, кусая нервно губы.

Он был слишком молод, слишком горяч. Ему не хватало опыта, и он ничего не знал о настоящих интригах и, возвращаясь к пациентам, не проверял собственный запрос, отозванный начальством, как ошибочный и не требующий рассмотрения.

Рональд даже предположить не мог, что такое возможно, потому, быстро осмотрев других двоих своих пациентов, он замер у стеклянной стены, за которой лежал прикованный к кровати Оливер Финрер.

Толстые кожаные браслеты с цепочками удерживали его руки и ноги, но поверх кожи с мягкой ватной подстилкой – медицинской фиксацией, в целом безобидной – были прочные магнитные браслеты. Это уже было решение военных, считавших, что пациент слишком опасен.

Ремень перетягивал его грудь, натянутый, несмотря на повязки и покрывала, и Рональд долго смотрел на застежку ремня.