Вершитель судеб

 – Почему не трогать? – это уже Альте.

– Он не сказал, – холодно ответила Альта. Выглядела она сейчас озабоченной, в руках её была тоненькая трубочка тёмно-зелёного цвета. Сейчас она вертикально держала её в правой руке, а левой что-то там откручивала. Совсем как колпачок у флакона, машинально отметил я про себя.

– Бери, – вздохнул седоусый, убирая пистолет и хватая Тейкана за плечи.

– Леонида не трогать, – прошептал Тейкан. – Он поймёт…

Не знаю, что именно имел в виду Тейкан, но в тот момент я не понимал ничего совершенно.

Тейкан оказался тяжёлым и каким-то неудобным – словно полупустой мешок с картошкой. Мы выволокли его наружу, оттащили от джипа и опустили прямо на землю, прислонив спиной к бетонному ригелю.

– Тяжело, – запыхавшись произнёс седоусый.

– Жрать надо было меньше, – недовольно буркнул я, переводя дух и оглядываясь на Альту.

Она уже закончила колдовать с этой своей трубочкой и теперь осторожно выливала (или высыпала? мы уже достаточно далеко были, не разглядеть толком) что-то из неё прямо на капот автомобиля.

Сейчас рванёт, подумал я. Я был абсолютно уверен, что после всех этих процедур машина обязательно взлетит на воздух, но опять ошибся.

Поверхность капота пошла крупными пузырьками, словно бы краска на нём вздулась от высокой температуры. Затем то же самое начало происходить с крышей автомобиля и даже с лобовым стеклом. С лёгким шипением машина осела, словно кто-то проколол шины, кузов смялся, как будто был сделан не из металла, а из пластилина, съёжился, расплылся по земле… И вот уже на месте машины остался лишь толстый слой мелкой пыли серого цвета, которую лёгкий ветерок подхватил и разметал по заброшенной стройке.

Я вытаращил глаза. Такого видеть мне ещё никогда не приходилось.

– Пойдём, – седоусый дёрнул меня за рукав. – Осторожнее. Прямо туда, – он махнул рукой вглубь стройки, и добавил: – Никуда не сворачивай – ловушки. Опасные.

Я машинально кивнул.

Глава 10

20 апреля, четверг, 16.35

Мы протащили Тейкана по малозаметной тропинке, огибавшей недостроенный корпус, и оказались перед ржавой железной дверью, запертой на не менее ржавый висячий замок. Тейкан слабо постанывал и всё порывался свернуться калачиком – видно, ему было очень уж плохо. Это нисколько не облегчало нам с седоусым работу, и седоусый начал что-то ворчать в полголоса.