Заслуженный отпуск

Лица их были уже хорошо различимы – расширенные от ужаса глаза, смуглая, но человеческая кожа, а не чешуйчатый покров кассилиан. Точно, это наши, подумал капитан Дюпен, бросаясь к люку.

«Акула» уже лежала на грунте, мягкая влажная почва поддалась под бронированным брюхом десантного бота, утопила его в себя почти на полметра. Десантники выскакивали под бледное небо, рассыпались цепью, ощетиниваясь стволами «Драконов» в сторону приближающегося вездехода… Они ведь не просто так удирают, за ними наверняка погоня, подумал капитан Дюпен.

Странно только, что в первой машине всего двое, наверное, эта парочка слишком напугалась, плюнула на всех остальных и рванула сюда, к своим. Или, может быть, они здраво рассудили, что перегруженная машина не сможет двигаться быстро. Но кто может обвинить их? Кто, кроме собственной совести?

Когда перед гражданским встаёт выбор: спасать себя и своих близких или всех, кого можешь спасти, тут ответ очевиден. Да и близких даже не все кидаются спасать, своя жизнь всегда дороже…

Ничего, стиснул зубы капитан Дюпен.

Ничего, сейчас мы пойдём к городу, сейчас мы посмотрим, что у вас там происходит.

– Командир! – крикнул сержант Тельман. – В остальных вездеходах – кассилиане! Пять машин, примерно пятьдесят единиц!

Капитан Дюпен отчётливо уловил в голосе сержанта ликование, и сам невольно улыбнулся. Действительно, пятьдесят кассилиан против шестидесяти десантников – это совершенно несерьёзно. Вот если бы их было сотен семь-восемь… да и тогда – тоже не серьёзно! Потому что мы – десант!.

.

– Первую машину, которая с нашими, пропустить! – приказал капитан Дюпен. – Остальных – встретить, как полагается! Вперёд, десант!..

Два лёгких вездехода на гравитационных двигателях покинули «Акулу» и направились к городу. Между ними и преследователями сейчас было не больше трёх километров. Так что, до этой линии обороны кассилиане даже и не дойдут – два «Крота», на каждом установлен «Удав», на каждом по десять десантников…

Капитан Дюпен видел, как вездеход с беженцами приближается, подъезжает к расступившейся и открывшей проход цепи солдат, замедляет ход, наезжает на какую-то выбоину, тяжело подпрыгивает, но тут же выравнивается…

Как-то он слишком уж тяжело идёт, машинально отметил капитан.

Чем они его нагрузили-то?! Неужели, бросившись в бега, эти ребята ухитрились забрать с собой своё барахло?!

Чёрта с два я повезу с планеты их шмотки, сердито подумал капитан Дюпен.