Зона власти

– Ты знаешь, что смотреть прошлое – значит нарушать твердыню Великого Единства и угрожать жизни всех Свободных? – вопрос прозвучал, как утверждение.

– Я знаю, что смотреть прошлое – значит нарушать твердыню Великого Единства и угрожать жизни всех Свободных, – согласился таирец в белой накидке. – Когда я совершал это, я знал, что совершаю преступление, за которое меня ожидает вечность. Но я не ставлю свою жизнь выше жизни Свободных, потому что моя жизнь – ничто, по сравнению с угрозой Великому Единству.

Потому и я пришёл сюда, Ближайший. Потому и говорю тебе, что я увидел, совершая преступление и заглядывая в прошлое. И я настаиваю, чтобы слова мои сделались достоянием Высшего.

В громадном зале с низким потолком повисла тишина. Таирец, сидевший в кресле, задумался. Ему нужно было принять решение, от которого, быть может, будет зависеть само существование Великого Единства. Это была тяжелая ноша – принимать подобные решения. Но Высшему будет ещё сложнее – ему придётся принимать решение за всех Свободных.

Всё сначала, подумал таирец, носивший титул Ближайшего. Все сначала и опять по той же самой причине. Война, о которой уже начали забывать, вновь готова пробудиться ото сна. Опять будут гибнуть Свободные и другие разумные. Опять вечность получит многих.

А если отказать? Тогда гибнуть начнут только другие разумные, представители иных рас. А Свободных это не коснётся. Какое-то время…

Но время имеет свойство проходить, обнажая то, что когда-то было скрыто в глубине.

И вечность рано или поздно, а всё равно придет за Свободными, и воцарится на Таире. И Война всё равно проснется, но против Свободных будет уже стоять враг, неизмеримо более сильный, нежели сейчас. Против Свободных тогда уже будут стоять властители самой вечности – Вечные, те, кого люди называют Предтечами. Так уже было однажды – очень и очень давно. Так давно, что память о тех событиях сохранилась только во тьме подземных хранилищ дворца Высшего. Но и Высший, и Ближайший знали это. Они знали, что с появлением Вечных на Таире вновь наступят десятки веков Тьмы. Плохо.

Руки таирца нервно дрогнули, и он торопливо – чтобы скрыть волнение – провел пальцами по огненно-рыжей причёске, в которой ото лба к затылку были выстрижены две широкие полосы – знак принадлежности в правящей верхушке Таира-III.

– Я буду сравнивать твои слова с тенью мыслей вселенной, – глухо проговорил Ближайший, стараясь не смотреть на человека в белой накидке.