Блуждающие токи

И всё… Их нашли только через три года – торчали только головы, нетронутые, многие с открытыми, изумленными глазами. Головы торчали прямо из песка; то ли так засыпало, то ли люди пытались выползти, вынырнуть – и как капусту, как кочаны, эти головы собирали отряды спешно сформированных бойцов Карантина, совершенно ошалевшие от увиденного: голова есть, есть сморщенные жилы и сосуды шеи. А тела – нет. Съел песок, буквально растворяющий органику. Да и не только органику, всё, вместе с бронированными лимузинами, БТР-ами защиты и рухнувшими впереди вертолетами.

Сначала песок был, как и положено песку, жёлто-коричневого, глинистого оттенка; шел бурно, с водой, извергался фонтаном – настоящие селевые потоки. Это потом он стал сахарно-белым, невинно-чистым, но вместе с тем и более коварным: он научился перемещаться, перекатываться, течь, как волна. Песчано-пылевые бури стали страшнее, они полностью высасывали воздух из эпицентра, люди гибли, задыхаясь в кругу, образованном смертоносной каруселью; само небо начало дырявиться над Зоной – разрывы озонового слоя сначала зафиксировали спутники InterCosmo[7 - InterCosmo– международный правительственный консорциум, объединивший силы НАСА, Роскомоса и Космических сил Китая.

], а потом начались эти «палы»: в образовавшиеся полости вдруг рвалось сильнейшее инфракрасное излучение, сжигая все на огромной территории. Это были маленькие Хиросимы; так полностью, сгорел Ноябрьск, потом остались головёшки от Радужного – а от мест палов начала расползаться радиация. Вот тогда приняли решение о Тотальной Эвакуации. И побежали – уже все побежали, без разбора; побежали, плюнув на «северные», «сезонные», доплаты и бонусы, премии и сверхурочные, на деньги и карьеры. Гражданские, военные, секретные и несекретные, специалисты, прибывшие исследовать Аномалию и жулики, уже пытающиеся греть на ней руки, делать бизнес…

Бессистемно, бесконтрольно, как придется и варварски.

Это было сумасшествие. Да, вывезли многих, успели – железную дорогу по непонятным причинам Зона поначалу не трогала; отчитались – вывезено около двух миллионов человек. За бортом статистики осталось… примерно столько же – так уверяли некоторые, считавшиеся независимыми, эксперты. Впрочем, Байм доподлинно не знал. Называли разные цифры.