Клятва Эсклармонды

Он усмехнулся, глядя, как из под сена, в котором спал паж, выбралась большая трехцветная кошка, пригревшаяся в тепле и с мяуканьем скрылась под плетнем.

– Вот кто тебя грел этой ночью! То-то ты разоспался…

Глава вторая

Зажаренная на вертеле курица не шла ни в какое сравнение со вчерашней кашей. Зигфрид не торопясь отдирал волокна белого, жестковатого мяса и отправлял их в рот, молча слушая болтовню старосты, который явно собрался выложить ему все сплетни округи, а также местные родословные. Что-ж, за такое жаркое можно было и послушать, тем более что дорогу на север этот старик знал отлично, а наемник как раз туда и ехал.

Об этом он и сказал, когда его спросили, куда он направляется:

– Я еду в Каркассон, а оттуда к побережью. Там посмотрю, можно ли сесть на корабль, или продолжать путь сушей. Я дал обет посетить Рим, святой город, но почему я его дал – это только мое дело.

– Откуда же вашмилсть путь держит?

– Я был в Испании и в Португалии.

– А крест на щите, вашмилсть, это чей герб? У нас тут таких не видывали.

– Это знак моего ордена. – Зигфрид оглянулся на щит, который он повесил на ближайшую стену. – Наши земли довольно далеко отсюда, на севере. Святым престолом нам дано право владеть ими и вменена обязанность нести свет истинной веры местным язычникам, in nomine patris, et filii, et spiritus Sancti. В Испанию я прибыл по делам ордена, но они тебя не касаются. Расскажи лучше о дороге на север. Там спокойно? Нет ли разбойников?

– Где же их нет, вашмилсть? – сокрушенно развел руками старик, как будто считая себя виновным в этой беде.

 – Конечно, когда ловили еретиков, их поубавилось. Здесь по всем дорогам носились конные и побили немало невинных христиан, но лихим людям тоже пришлось несладко, так что поменьше их стало. Да… Поменьше… Но все-ж таки есть, никуда не денешься.

Он с совершенно сокрушенным видом вздохнул и снова развел руками. Зигфрид усмехнулся про себя. За свою жизнь он пережил немало и сейчас видел старосту насквозь. Этой старой песочнице явно что-то от него было нужно… Но что с того? Цыпленок был хорош, а внучка старосты уже жарила второго и улыбалась, когда посматривала в его сторону.

Он никуда особенно не спешит. Пусть крестьяне кормят его, если им охота, ad gloriam Dei. Выслушаем их просьбу, а дальше решим, что делать.

– Разбойники есть, вашмилсть, да… – снова занудил староста. – Мы, значит, по северной дороге ездим, только собравшись по нескольку возов. Чтобы, значит, не ограбили.