Повесть о черном, белом и красных

Их, что важно, никто не считал за низших существ. И кровь у нас тоже одинаковая. Красная. Кстати! У них на шлемах пятиконечные звезды красного цвета. Что бы это могло значить?

Они продолжали переговариваться и тут мне пришло в голову, что в их языке нет эльфийских слов. Совсем нет. У длинноухих через слово "-эль", да "-эт", а у этих речь была скорее "окающей". Совсем не похоже на всеобщий.

Потом двое из людей (людишками у меня язык как-то уже не поворачивался их называть) ушли. Один остался и даже положил мне под голову свой мешок.

Зря он это сделал! Боль, слегка утихшая было, нахлынула с новой силой. Ничего! Нет худа без добра. Я чуть пошевелился, пытаясь по ней определить, как и где мне попортили шкуру. Получалось, что попортили много где, качественно и с фантазией, однако я вполне мог пошевелить ногами и руками. Нас, орков, вообще убить трудно, а раны на нас заживают гораздо быстрее, чем на людях, хотя по этой части чемпионы конечно гномы. Не зря они хвастаются, что рождены из камня. Очень может быть, что это и правда, если судить по их чувству юмора.

Я попробовал повернуться на бок и мне это удалось. Ух ты! Вот это лужа с меня натекла! Земля вокруг была пропитана засохшей кровью, значит давненько я тут отдыхаю… Не удивительно, что большинство дырок уже затянулось.

Одежда была вся в прорехах и расползалась на глазах. Я начал понимать, в чем дело. Маг все-таки решился пустить в ход свое главное оружие, но я случайно сумел прервать заклинание. Вложенная энергия выделилась в месте удара и вышло так, что я сейчас лежу на травке, в лесу, безоружный и на меня пялятся трое непонятного происхождения людей.

Пялятся отнюдь не враждебно, а вроде бы даже сочувственно.

Двое ушедших вернулись с двумя палками-рогульками. Носилки хотят сделать, что-ли? Вряд-ли они меня далеко утащат втроем. Значит нужно попытаться…

– Глянь, саблями рубили. На казаков, видать, нарвался, бедняга!

– Ага! Измордовали и бросили, а он оклемался. Вот только чего он черный такой?

– А это, Мишка, папуас.

Я так думаю.

– "Попу…" – что?

– Не "попу", а "папу", дубовая голова! Папуас. Еще их называют: "негр". К нам в Саратов однажды цирк приезжал, так я там видел одного. Он на представлении ножи кидал и фокусы показывал. Только тот был поменьше, чем этот.

– Образованый ты у нас, Иваныч! А с негром-то этим чего теперь делать?

– Помочь надо человеку. Он, поди, не офицерик, а тоже к угнетенному классу относится. Тащите-ка пару жердей. Носилки сделаем.