Урод

Та была совсем рядом и за все время, что принцесса была во дворце, именно в библиотеке она никого не встречала и теперь рассчитывала, что там ей никто не помешает.

Подойдя к первому большому окну, она взглянула вниз на залитый лунным светом двор. В глаза сразу бросилась дорожка, по которой она прошла в сопровождении Ли в тот день. В глазах появились слезы, но она еще больше поняла, что права, и должна сделать то, что решила совершить.

Сделав глубокий вдох, она приставила нож к животу чуть выше пупка.

– Ну и что ты собралась делать? – спросил внезапно холодный голос принца.

Лилайна отшатнулась от окна, машинально пряча нож. Он стоял у стеллажа, без трости и без свечи, появившись, словно бес, из мрака ночи.

– Драматизма было недостаточно? – спросил он, шагнув к ней.

– Не смейся надо мной. Я лишилась чести. Как мне жить с этим?

– Ах, это.

Он остановился у самого края полосы света, но Лилайна уже поняла, что он стоял перед ней без маски и потому выходить на свет не хотел.

– Хочешь сказать, что твоя честь определяется состоянием влагалища и больше ничем?

Лилайна отступила еще на шаг, роняя нож.

– Нет, ну что ты, если ничего другого в тебе нет – то конечно; только нож ставь между ребер слева – чтобы наверняка.

Она сделала еще один шаг и уперлась в стену, закрывая лицо левой рукой, стараясь не разрыдаться вновь, особенно при этом жестоком человеке.

– Не говори так, ты меня совсем не знаешь, я…

– Да что тебя знать, – сообщил принц совсем близко.

Лилайна опомнилась, убрала руку от лица, понимая, что за этот миг он преодолел освещенное пространство совершено бесшумно и теперь стоял перед ней.

– Если жизнь для тебя совсем ничего не значит, то ставь нож вот сюда.

Он больно ткнул ее пальцем слева над грудью, попав как раз между ребер.

Лилайна заплакала и вновь хотела закрыться рукой, но он внезапно поймал ее руку, наклонился и коснулся губами ее губ. Это было так неожиданно и так нежно, что она не смогла сопротивляться, да и не хотела.

Чувствуя странный искаженный рубцами рельеф губ, она понимала, что ее нежно обнимают крепкие руки и невольно ответила на этот легкий, трепетный поцелуй. Вкус яблок с вишней на ее губах смешался с ярким мятным вкусом его губ, но вместо попытки сделать этот миг страстным, он отстранился и прижал ее к себе.

– Я не знаю, что сказать, чтобы тебе стало легче, – признался он, гладя ее волосы. – Но береги свою жизнь – она важнее всяких глупостей о чести и правилах.