БИМ

Николай просидел еще несколько минут в глубокой задумчивости и со вздохом пошарил в нагрудном кармане. Достал маленький полупрозрачный кусочек пластика и посмотрел сквозь него на просвет.

– Шесть с половиной лет и все уместилось здесь.

Он подкинул его на руке, пытаясь определить вес и когда он, поднявшись на десяток сантиметров в воздух, передумал опускаться на ладонь, схватил его так, словно он собрался от него удрать.

– Не-ет… – Протянул он – Ты мне еще послужишь – Сергей пихнул накопитель данных в щель приемного устройства, поелозил в кресле, устраиваясь удобнее, и начал копирование исходного кода.

Иван висел вниз головой, и с вдохновением, не уступающим вдохновению Колькиному, поглощал свиные котлеты. Он ненавидел концентраты, и прочие заменители нормальной здоровой пищи.

Переизбыток холестерина в жирном свином мясе мало его волновал.

Он не собирался жить вечно и относился к своему здоровью с большой снисходительностью.

– Когда ни-будь – Думал он – Когда мне будет совсем плохо, я, наконец, сяду на пристойную диету, займусь спортом и буду делать все, что мне советуют врачи, а пока здоровье ничуть меня не беспокоит

Он насытился, с удовольствием и хрустом потянулся, и, насвистывая какой-то популярный мотивчик, направился в «спальню», узкий бокс, в котором можно было спать, без риска быть вытянутым воздушным потоком в коридор.

Он нырнул в него, опоясался липучкой и со стоном великого наслаждения сомкнул глаза.

# # #

Станция входила в область тени, не смотря на свой возраст, выглядела весьма и весьма внушительно.

Огромной длины спица с небольшими утолщениями – крестами стыковочных узлов. Большое стеклянное колесо – галерея вращалось вокруг этой спицы с достоинством и величавостью.

Небольшая сила тяжести, всего вполовину земной, позволяла ориентироваться в космосе растениям.

Они росли правильными рядами, вытягиваясь к центру вращения, как им и положено в космосе.

В галерее присутствовали самые разнообразные сорта растений, фруктов и овощей.

Раньше в галерее были целые плантации, поскольку на станции жило порой до пятидесяти человек: ученые, инженеры, навигаторы, врачи, и прочая космическая публика, которой навалом на больших перевалочных станциях.

Кормить эту «ораву» было чем-то нужно, а синтезированную пищу, которую можно было употреблять без риска загреметь к врачу, делать, еще не научились.